Беседы с батюшкой. 200 лет со дня рождения архимандрита Антонина (Капустина)

17 мая 2017 г.

Аудио
Скачать .mp3
В екатеринбургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель Свято-Троицкого кафедрального собора Екатеринбурга протоиерей Николай Малета.

(Расшифровка выполнена с минимальным редактированием устной речи)

– Отец Николай, Христос воскресе!

– Воистину воскресе! Милостью Божией еще продолжаются пасхальные дни, осталась неделя. В следующую среду, накануне праздника Вознесения, будет отдание праздника Пасхи. Поэтому время радостного пасхального ликования продолжается, с чем всех вас, дорогие братья и сестры, поздравляю!

– Отец Николай, предлагаю начать нашу программу вот с какого сообщения: 12–13 мая в Екатеринбургской духовной семинарии прошла Всероссийская богословская конференция, посвященная 200-летию со дня рождения архимандрита Антонина (Капустина) и 135-летию Императорского православного палестинского общества. Как следует из новости, опубликованной на сайте семинарии, было много гостей, множество докладов и лекций. Предлагаю рассказать, как все прошло.

– Слава Богу! И отрадно, что вспомнили это великое имя нашего великого земляка. Потому что архимандрит Антонин (Капустин) по происхождению из соседней епархии (когда-то это была единая епархия, и губерния была единая – Пермская), из Шадринского уезда. Родом он из священнической семьи. И вот в этом году исполняется двести лет со дня рождения архимандрита Антонина. В связи с этим, как Вы уже упомянули, мы провели конференцию, посвященную этому событию и 135-летию Императорского православного палестинского общества. 12 мая в основном была часть студенческая, семинарская: по благословению нашего владыки студенты семинарии и студенты нашего Миссионерского института приняли в ней участие, сделали доклады.

Конечно, были и гости: из Москвы, из Свято-Тихоновского университета. Очень интересные доклады профессора, доктора исторических наук, доктора богословия Натальи Юрьевны Суховой, которая является, можно сказать, уже постоянным участником наших конференций. Были гости из Иерусалима – игумен Леонтий, член Русской духовной миссии в Иерусалиме. Первая часть конференции была студенческая, в ней участвовали семинаристы, и 12 мая студенты также провели вечер, посвященный памяти архимандрита Антонина (Капустина). Основной доклад был сделан Натальей Юрьевной Суховой, затем состоялся концерт духовной музыки, в котором участвовал певческий коллектив «Горлица» Миссионерского института, очень хорошо выступили наши студенты Екатеринбургской духовной семинарии. Был приятный вечер, воспоминание этого удивительного человека. И 13 мая, в прошлую субботу, было более торжественное пленарное заседание, которое тоже провели в семинарии. Студентов во время учебного года, когда нужно готовиться к зачетам и экзаменам, сложно куда-то привлечь в связи с такой обильной нагрузкой. Но здесь они участвовали, делали доклады, внимательно слушали. Очень интересные, хорошие отзывы о прошедшем мероприятии.

– Наверное, многое зависит еще от личности, которой посвящена конференция. Потому что если бы не было архимандрита Антонина, возможно, не была бы столь обширно распространена Русская духовная миссия в Иерусалиме и, возможно, приезжая в Иерусалим, мы бы чувствовали себя незваными гостями на чужой земле.

– Это действительно так. И удивительно, что на протяжении десятилетий об этом имени практически нигде не говорилось. Узнали о нем люди за последние двадцать лет, когда более-менее свободно стало можно посетить Святую Землю, потому что похоронен архимандрит Антонин в Иерусалиме; и можно узнать о нем хоть что-то: кто это такой, что за человек. У нас же здесь, к сожалению, крайне мало говорилось об этом удивительном человеке. Он начинал учиться в Далматовском училище, затем учился в Пермской семинарии, в Екатеринославской семинарии, где ректором был его дядя, архимандрит Иона (Капустин). Впоследствии, после Екатеринославской семинарии, будущий архимандрит Антонин учился в Киевской духовной семинарии. Потом были и Афины, но основное время он, конечно, провел в Иерусалиме. В Иерусалиме не случайно его называют собирателем Русской Палестины. Собрал он многое, хотя и в тяжелых условиях мусульманского владычества. И обстоятельства были настолько тяжелые, что приходилось проявить мудрость дипломата и смекалистого, предприимчивого человека, который находил какие-то пути и приобретал земли, участки. Например, в Яффе, в окрестностях современного Тель-Авива, столицы Израиля, – историческое библейское место, где произошло воскрешение праведной Тавифы и находится храм ее имени; на горе Елеон, где находится Вознесенский монастырь (какое-то время до воссоединения с Зарубежной Церковью он относился к Зарубежной Церкви); также Гефсимания. То есть абсолютно основные библейские, евангельские места были приобретены архимандритом Антонином.

И он на самом деле проявил смекалистость, потому что запрещено было приобретать участки. В Духовной миссии в Иерусалиме (которую он впоследствии возглавлял) был у него помощник, турецкий подданный, на имя которого все приобреталось. Затем были целые технологии перевода, перехода этих земель из одного состояния в другое. Поэтому милостью Божией эти земли (участки) и построенные на них храмы дошли до нашего времени. Правда, было страшное время, известен случай, когда Никита Сергеевич Хрущев за какую-то баржу апельсинов продал все эти земли. Апельсины не дошли до берегов, половина из них сгнила. Так мы лишились практически всех земель (участков), которые когда-то с таким трудом собирал уникальный человек, богослов, ученый и монах.

Архимандрит Антонин не только собирал земли (участки), он занимался их изучением, делал раскопки. Множество свитков и артефактов древности, евангельских времен были найдены благодаря архимандриту Антонину. Он много потрудился и на Афоне, работая с источниками. Некоторые вещи находятся в крупных музеях России даже по сегодняшний день. Поэтому это действительно уникальная личность, подвижник, глубоко верующий монах, ученый, дипломат, к тому же еще сохранились стихи, которые он писал. На этом вечере очень много было посвящено его поэзии. Сохранились письма (и на сегодняшний день издаются), благодаря которым мы многое узнаем не только из его биографии, но и из его внутреннего духовного мира, его переживаний, его волнений, проблем, с которыми приходилось сталкиваться.

Потому что проблем, как я уже говорил, было предостаточно. Содействия со стороны Святейшего Синода не было практически никакого. Был один год (по-моему, 1873-й), когда официально Святейшим Синодом архимандриту Антонину было запрещено что-либо приобретать (не то что средства какие-то выделялись). Он лично, индивидуально находил людей у нас в России, писал письма, обращения. За все время нахождения за границей (в общей сложности он находился там более четырех десятков лет) только один раз он приезжал на свою Родину, в том числе в село Батурино Шадринского уезда. Поэтому в основном это были добровольные пожертвования. Когда архимандрит Антонин скончался в 1894 году, в его келье было найдено много каких-то свитков, а также подписанные мешочки с копейками, с денежками «на приобретение такой-то земли», «на постройку того-то»... То есть после его кончины нанимали людей, чтобы они сохранили это, чтобы не растащили куда-то те, которые не были заинтересованы  в продолжении его дела.

– Есть чему поучиться: как применить свою пытливость ума, но только во благо, а не так, чтобы кого-то обмануть или нечестным путем заработать.

– Да. И он был очень живого характера. Было время, когда он даже не думал о монашестве, хотел жениться. Трое студентов академии сделали предложение одной девушке. Но не он был избран, поэтому второго предложения он никому не делал. Так он принял монашество, потом священнический сан: был иеромонахом, архимандритом. Его характер был настолько любознательный и живой, что «уместиться» в келье ему, конечно, было очень сложно. И Господь промыслительно ссудил ему подвизаться на Святой Земле и создать, созидать действительно Русскую Палестину.

– Спасибо Вам за описание этого образа. Когда Вы только начали говорить про архимандрита Антонина, наши зрители могли видеть на экране в том числе его фотографии, поэтому те, кто его личностью заинтересуется, смогут без проблем найти и почерпнуть для себя полезную информацию, те же духовные труды.

– Мало того, уже несколько лет ведется работа по подготовке к возможной канонизации. Но здесь много моментов, которые должны сойтись.

– Вы сказали о любознательности, пытливости ума. Наверное, стремление к изучению, стремление к чему-то новому, к получению знаний полезно для каждого человека. Поэтому хотелось бы сейчас поговорить о теме, которая Вам тоже, как никому другому, близка, – о теме духовного образования в духовных семинариях и академиях, поскольку прием документов для поступления в Екатеринбургскую духовную семинарию стартует уже с 1 июня этого года.

– Я уже отметил, что наши семинаристы очень живо приняли участие в конференции и во всей работе этого мероприятия, в том числе в вечере. Потому что на самом деле те знания и те таланты, которые были у будущего архимандрита Антонина, не появились с рождением; он очень много трудился. В том же Далматовском училище он не был первым учеником. Был момент, когда он даже оставался на второй год. В семинарии на второй год его оставил родной дядя (это был последний год обучения в семинарии) для того, чтобы он более глубоко и серьезно смог усвоить семинарский материал перед поступлением в академию.

И он очень серьезно готовился. Дядя был со своеобразным характером, не было никаких поблажек любимому племяннику, наоборот, требования были больше, чем к остальным студентам. И когда Антонин, отучившись второй год, окончил семинарию, его дядя дал рекомендацию для поступления в академию другому выпускнику семинарии. И в дневниковых записях отмечено, что если до этого он где-то роптал, возмущался какими-то действиями архимандрита Ионы (его дяди), ректора семинарии, то в тот момент, когда он ему отказал в поступлении, никакого ропота не было; было глубокое осознание, что он увидел промыслительное водительство Божие. В итоге тот его друг отказывается от поступления, и он поступает в Киевскую духовную академию.

Поэтому для студентов эти моменты были очень полезными. Это XIX век, расцвет той самой схоластики, которая, говорят, убивала все (известны методы вплоть до каких-то телесных, физических наказаний). Все это было, и при этом система не могла человека, выражаясь современным языком, отформатировать по-своему, когда шаг влево, шаг вправо преследовались каким-то расстрелом. Несмотря ни на что, он раскрыл в себе такие таланты и способности, которые являются для сегодняшнего студенчества очень ярким примером и назиданием, призывают к труду и к тому, чтобы действительно быть настоящим, живым, участливым.

Конечно, современная семинарская жизнь отличается от той жизни, которая была 150–170 лет назад. Тем не менее в нашей духовной семинарии наступает время приема документов: с 1 июня по 7 июля. И в сроки с 10 по 15 июля (правда, 12 июля будет день памяти святых первоверховных апостолов Петра и Павла, и в этот день мы, конечно, будем молиться) необходимо провести набор в семинарию.

Хочу напомнить, что есть необходимость, чтобы мы с вами обучались в семинарии с аккредитацией. Государственная аккредитация позволяет дать не только чисто богословское образование, но образование, которое будет иметь государственный стандарт, и при выпуске студенты получат семинарский диплом государственного образца. Но пока это только перспектива. Сейчас у нас есть лицензия на образовательную деятельность по государственному стандарту «Теология». Она тоже предполагает все эти моменты, набор в определенных числах. А потом, если останутся свободные места, то, как обычно, во второй половине августа будем дополнительно набирать студентов  в семинарию.

Что касается формальных требований для готовящихся в семинарию, то о них можно узнать на сайте семинарии. Там есть раздел «Абитуриентам», где подробно описано, какие нужно знать молитвы, в каком объеме хотя бы нужно изучить Закон Божий, историю Церкви. Абитуриенты будут писать изложение по русскому языку, будет собеседование, на котором абитуриенты должны показать знание наизусть молитв и умение читать по-церковнославянски. Как показывает практика по прошлым годам, абитуриенты очень плохо читают по-церковнославянски, хотя все говорят, что где-то практиковали, кто-то нес послушание на клиросе, в алтаре, трудились на приходах пономарями, но чтение на церковнославянском языке очень-очень низкое. Вот такие требования.

Конечно, обязательно человек должен быть крещеным, должно быть отсутствие судимостей. Если абитуриенты состоят в браке, то принимаются только те, кто в первом браке; второбрачные не имеют возможности поступления в семинарию. Потому что семинария предполагает давать не только чисто богословское образование – для этого в наше время существует  Миссионерский институт и в светских государственных высших учебных заведениях есть кафедры «Теологии», где человек может получить богословское образование. Семинария готовит будущих пастырей Церкви, не ниже диаконского сана, а в идеале, конечно, священнослужителей. Не церковнослужителей, не пономарей, не чтецов, а именно священнослужителей, которые будут нести пастырское послушание.

– Вопрос о диаконах. Телезритель в социальной сети «ВКонтакте» пишет: «Почему в наше время плохо развивается диаконский институт? Это невероятно, когда есть нормальный диакон на службе».

– Хорошее замечание в завершении: «когда есть нормальный диакон». К сожалению, не знаю, по каким причинам, но скорее всего это причина общая: «оскуде преподобный», что называется. Если мы почитаем какие-то дореволюционные штатные расписания, то в храме, где есть хотя бы два священника, диакон был положен по штату. На сегодняшний день у нас в городе в абсолютном большинстве храмов, приходов не служат диаконы. При крупных, центральных  приходах, например в кафедральном соборе, в архиерейских богослужениях диаконы принимают участие, и можно отметить: по сравнению с другими епархиями у нас очень хорошие диаконы. Правда, это диаконы архиерейские, которые служат во время архиерейских богослужений. А так их очень-очень мало.

Во-первых, мне кажется, общая проблема – кадровый голод, недостаток людей. По крайней мере, в нашей епархии очень много приходов без священников. А талантливый диакон, есть такая дореволюционная характеристика, « должен иметь голос, волос, ухо, брюхо»... То есть и голос, и ухо. Иногда бывает, есть сильный голос, а слуха музыкального нет, и такому человеку крайне сложно быть диаконом. Потому что диакон должен иметь если не абсолютный музыкальный слух, то хотя бы слышать, чувствовать хор, в одной тональности с хором произносить прошения на ектении и другое, что положено произносить диакону во время богослужения. На сегодняшний день в этом смысле талантов еле набирают оперные театры, какие-то консерватории.

А тут надо, чтобы был глубоко верующий, да еще имел богословское и, может быть, музыкальное образование и хоть какие-то характеристики (не обязательно внешнего вида), на что до революции обязательно обращали внимание... Ведь  были целые соревнования приходов, где лучший диакон: ездили на престольные праздники с одного прихода на другой. Это можно увидеть, если почитать Лескова «Соборяне» и другие художественные произведения, где запечатлена древняя традиция, школа, которая на сегодняшний день, к сожалению, практически не прослеживается. Потому что сейчас – где как, кто во что горазд. Известно время, когда в нашей епархии было пятнадцать-семнадцать приходов. В Екатеринбурге в советское время был единственный храм Иоанна Предтечи – кладбищенский храм, маленькая церквушка.

Поэтому школа, я надеюсь, со временем будет возрождаться, будет какое-то становление. Диаконское служение не только богослужебное, о котором упомянули, но есть диаконское служение более широкое. Если посмотреть изначально, ради чего апостолы избрали семь диаконов (архидиакон Стефан и еще шесть диаконов)? Они должны были осуществлять социальное служение не только за богослужением в церкви, в собраниях первых христиан, но на них возлагались определенные послушания. Как апостолы сказали: нехорошо нам пещись о столах, когда мы призваны служить распространению Евангелия, слова Божия. Поэтому избрали людей, которые стали заниматься обеспечением вот такой материальной составляющей жизни первых христианских общин.

– Я думаю, очень интересно поговорить об этом более широком значении служения диакона, и есть еще несколько вопросов, с этим связанных, но давайте их рассмотрим после того, как примем звонок.

Вопрос телезрительницы: «У меня послушание читать акафист “Слава Богу за все”, я его читаю с двенадцати до часу ночи. Потом читаю акафист и канон Архангелу Михаилу, но это уже не послушание, это у нас проблема в семье. Как проснусь,  читаю утренние молитвы, потом одну главу из Евангелия; и 15-ю главу Евангелия от Иоанна читаю ежедневно, потому что семейные проблемы. Потом читаю одну главу Апостола, акафист Божией Матери и канон «Неупиваемая Чаша», акафист Божией Матери «Всецарица» и акафист мученице Татиане, так как у меня самой сейчас появилась проблема. Потом читаю одну кафизму из Псалтири и 17-ю кафизму ежедневно; вечером – вечерние молитвы. В прошлом году нам батюшка сказал, что мы еще по каждой седмице по каждому дню должны читать акафисты. Например, завтра, в четверг, нужно читать акафист и канон святителю Николаю и канон святым апостолам. Дело в том, что мне тяжело, и я не могу даже попадать на службу...»

– Прошу прощения, то, что Вы перечисляли, это все Вам благословил батюшка-духовник?

– Телезрительница: «Нет, акафист Архангелу Михаилу и Божией Матери “Неупиваемая Чаша” я сама читаю, потому что у старшего племянника проблема. Читаю уже с 2015 года».

– Понятно. Простите, Вы говорите, что у Вас проблема – Вы не можете попасть на богослужение. Вопрос Ваш в чем?

– Телезрительница: «Может быть, мне что-то можно убрать? Псалтирь я тоже сначала читала без благословения, потом батюшка мне благословил».

– Спасибо, вопрос понятен. К сожалению, это распространенное отношение. Конечно, безусловно, можно и нужно молиться Архистратигу Михаилу, читать акафист Божией Матери «Неупиваемая Чаша» о преодолении страсти пьянства и так далее. Конечно, все это важно, нужно, но ни в коем случае не нужно доводить все до крайности. У святителя Тихона Задонского есть такой призыв: бойтесь краев (крайностей). То есть мы можем довести даже молитву до какого-то крайнего, абсурдного состояния и она нам не будет приносить никакой пользы, а один вред, можно сказать. Потому что будет формальное, законническое, фарисейское исполнение, вычитка.

У православного христианина есть какой-то минимум – это утреннее и вечернее правило. Если есть время и есть возможность, нужно стараться читать Священное Писание, лучше приоритет отдавать, конечно, Евангелию, Новому Завету. Потом, если есть возможность, можно почитать Псалтирь из Ветхого Завета, акафист. Но ни в коем случае акафисты и каноны не должны заменять храмовое богослужение. Тем более, наверное, речь идет не о будничном дне, а о воскресном или праздничном. Если правило непомерно большое, которое человек не успевает вычитать, и при этом на службу не успевает ходить, – этого не следует делать. Я не буду давать каких-то конкретных рекомендаций; думаю, нужно подойти к батюшке и спросить: «Батюшка, каким образом лучше поступить? Я вот это уже не успеваю читать, а вот это могу». Самое важное и необходимое в Вашей ситуации батюшка оставит, видя Ваши немощи, проблемы членов Вашей семьи, и даст какой-то адекватный (надеюсь) совет. Но мне кажется, лучше воздержаться от благословений на конкретные правила.

– Это такое послушание, которое человек сам на себя берет с каким-то дерзновением без соответствующего на то благословения.

– Да, без совета, без благословения. А потом тяжело это нести, и получается проблема. Получается даже какое-то раздражение, и может наступить ропот. Мало того, человек может разувериться, что ничего не помогает, сколько он ни молится, ни вычитывает...

Я помню один случай: в храме идет Божественная литургия, народу мало. Стоит молодой парень перед амвоном, держит в руках книжку, читает. Думаю: следит за богослужением. Выходим мы с диаконом на причащение, он всех пропускает вперед, дочитывает последование ко Святому Причащению, с благодарностью Богу крестится: «Слава Богу, успел!» А где он был на Божественной литургии – вот это вопрос. Вот такое фарисейское, законническое отношение может, конечно, убить главное. Поэтому если есть такая ситуация, лучше подойти к батюшке и спросить: «Вот я не вычитывал последование, как мне быть: причащаться или нет?» И поступить, как скажет батюшка. Может, он посоветует после причащения вычитать и чтобы в будущем нашел время заранее для периода подготовки к исповеди и принятию Святых Христовых Таин.

– Вопрос телезрительницы из Республики Коми: «У нас 25 августа намечается свадьба. А 15 мая у мужа умер брат, вчера похоронили. Я хотела бы спросить совета у батюшки, насколько можно перенести дату свадьбы? Я была, конечно, против этой даты, потому что будет праздник Успения Пресвятой Богородицы, пост. Но молодежь не убедить».

– Совершенно верно. Вы правильно сказали, что это как раз последние дни строгого Успенского поста, посвященного Божией Матери, когда православный христианин готовится к празднику Успения Божией Матери, и не следует совершать празднества, посвященные бракосочетанию, свадьбы. Потому что, во-первых, если хоть немножко Ваши дети верующие, они должны понимать, что в этот день благословения Божьего они не получат, так как в этот день не совершаются венчания. А Божие благословение дается в таинстве Брака (Венчания). И нужно перенести дату не в силу того, что мало времени прошло после кончины близкого человека, а потому, что начинать строительство, созидание семьи в такое время очень плохо. Я не говорю, что этот брак не будет счастливым, но он в таком случае языческий. Если молодые хоть немножко верующие, крещеные, то они должны понимать, что всему свое время, и повременить несколько дней. Думаю, следует перенести совершение таинства, празднование свадьбы.

– А как быть в случае, если молодым нет дела до того, пост сейчас или нет поста? Время-то хорошее, погода стоит замечательная. Может, зрительнице надо попытаться объяснить им свою точку зрения?

– Я думаю, здесь не следует запугивать, и ни в коем случае не нужно истолковывать мои слова так, что ничего хорошего из этого брака не получится. На самом деле какого-то прямого преступления и наказания, какой-то причинно-следственной связи, может быть, и не проследите. Но на самом деле есть духовные законы, законы духовной жизни. И если человек их нарушает, то это влечет за собой какие-то печальные последствия. Я думаю, игнорировать закон земного притяжения разумному человеку не придет в голову, потому что это повлечет за собой печальные последствия: мы руки и ноги переломаем.

Так и здесь. Многие наши современники не учитывают законы духовные, от этого все мы страдаем. Страдать будут и дети, которых Господь даст в этом браке. Я повторю, что чисто в земном плане люди могут быть счастливы, успешны, материально обеспечены, с работой, здоровьем все будет хорошо. Но если человек не помнит о Боге, о душе, о вечности, то это чисто языческий подход. Во-первых, какая разница – 25 августа или 30 августа (не знаю, как там по календарю)? Дни тоже будут теплыми. Но это уже будет после 28 августа, после праздника Успения Божией Матери, когда уже можно будет совершать таинство Венчания и по православному осуществить эту свадьбу.

– Давайте вернемся к теме диаконского служения. У нас остается буквально пятнадцать минут до окончания программы. Вы сказали о том, что в наши дни утрачена эта традиция диаконского служения. И действительно замечается, что при рукоположении в диаконы, как правило, люди в этом сане долго не задерживаются, их рукополагают в священники. Правильно ли я Вас понял, что это в большей степени связано с тем, что просто не хватает священников на приходах?

– Не совсем. Дело в том, что рукоположение в иерейский сан невозможно, не перескочить диаконскую хиротонию, диаконское рукоположение. Поэтому каждый священник был обязательно хоть немного диаконом. Абсолютное большинство (я думаю, чуть ли не все сто процентов) священников не задержались в диаконском служении на какое-то продолжительное время – не только потому, что много приходов без священников, что есть крайняя нужда, необходимость в священниках, а потому, что у них нет диаконских данных. Ну какой это диакон, если его не слышно и непонятно, что он говорит? Конечно, предполагаются те храмы, которые отличаются масштабами: крупные соборы, большие храмы, где нужен более-менее внятный, сильный диаконский голос. Это священник может дать возглас более спокойно, а диакон призывает народ: «Миром Господу помолимся!»; или: «Паки и паки, миром Господу помолимся!» То есть он призывает народ молиться Богу, и этот призыв должен хоть как-то прозвучать. У нас даже для крупных храмов нет людей с соответствующими данными, которые бы несли это диаконское служение. Вот по этой причине диакон не задерживается в диаконском служении, а вскоре рукополагается в священный сан.

На сегодняшний день у нас в семинарии очно продолжают учиться, по-моему, шесть диаконов – это очень хорошо. Раньше такого практически не бывало, чтобы люди принимали диаконский сан; их быстренько, как Вы сказали, рукополагали в священники. Сейчас есть требования, что кандидат в диаконский или священнический сан должен иметь духовное образование: в идеале – хотя бы три курса очного обучения или полностью закончить семинарию заочно. Но, к сожалению, не многие хотят учиться. Даже те священники, которые не имеют духовного образования, обязаны получить семинарское образование. Многие увлекаются служением на приходе, у них, конечно, много забот и попечений; не очень ревностно учатся, некоторых священников, которые уже в сане, приходится даже с заочного отделения отчислять.

– Это же считается нововведением, когда допускается к рукоположению в сан человек, закончивший как минимум три курса очного образования (или, если заочного, то человек полностью окончил обучение). По-моему, только в течение последних нескольких лет так стало. До этого священники могли не иметь духовного образования, становились священниками, и потом уже кто-то получал образование, а кто-то не получал. Как Вы считаете, насколько вообще необходимо, чтобы кандидат к рукоположению уже имел духовное образование и человеком наученным вступал на поприще пастырского служения?

– Мне казалось, важность духовного образования для будущего пастыря объяснять и пояснять нет надобности, но, оказывается, есть надобность. У нас сейчас миряне учатся на заочном отделении, а в свое время заочное образование было только для лиц в священном сане. Когда я поступал в семинарию в 1988 году, в год тысячелетия Крещения Руси, на весь Советский Союз было всего три семинарии и две академии: Московская, Санкт-Петербургская (Ленинградская) (в Москве и Ленинграде были академии) и Одесская семинария. На сегодняшний день у нас тридцать семь-тридцать восемь семинарий в России, которые дают полноценное духовное богословское пастырское образование. Это с одной стороны.

С другой стороны, по какой причине было принято вот это решение – не рукополагать без образования? Прошло то время, когда десятками, сотнями, тысячами открывались приходы и всех, кто приходил (если крещеный, побыл пономарем месяц-другой), рукополагали в священники и они служили. Тогда была крайняя необходимость в священниках. Сейчас время немножко другое, вызовы несколько другие; и Церковь немножко встала на ноги в этом плане. Дело не в том, что человека образование изменит, что он, допустим, был плохой, стал хороший, – нет, конечно. Тем более если человек зрелый, с нравственными задатками, то, конечно, что-то корректируется, но основное уже давно заложено и состоялось. Священника иногда называют врачом душ человеческих. Теперь представьте себе доктора без медицинского образования.

– Сомнительный доктор.

– Крайне сомнительный. Мало того, на сегодняшний день есть возможности получать высшие докторские степени. А возможно ли получить заочно медицинское образование? Заочное медицинское образование отсутствует. Должно быть очное. Мало того что преподается какая-то сумма знаний для заочников – это один момент. Сегодня человек, который имеет желание, имеет все возможности. Сейчас не надо бежать в библиотеки, стоять в очереди, чтобы получить какую-то книжку почитать. Сейчас есть возможность найти все в Интернете, литературы доступно превеликое множество. И я считаю, что должно быть именно очное образование, тем более для молодых ребят, которые сейчас в каких-то размышлениях: что делать?.. Наверное, сначала поступить в институт, получить какое-то светское высшее образование, а потом, если не женится и двое-трое детей не появятся на свет, может быть, и в семинарию поступить. И хорошо, если это будет очное образование.

Ценность очного образования заключается в том, что человек живет этой жизнью, он участвует в богослужении, он каждый день в семинарии: он там и учится, и ест, и спит. Если нет какой-то строгой, животрепещущей необходимости, он может не выходить днями, неделями даже за порог семинарии, храма. Напомню, наша семинария находится в ограде кафедрального Свято-Троицкого собора, на его территории. Поэтому когда возникают какие-то вопросы, ребята друг с другом общаются; какие-то вопросы они задают преподавателям, есть воспитатели, есть внутренний устав, который может научить многому при правильном отношении. Поэтому очное образование создает (конечно, сложно и тяжело) ту атмосферу, в которой происходит возрастание будущего пастыря Церкви. На заочном обучении почитал, какой объем нужно знать, прочитал одну-другую книжку, отчитался – и все. А очное образование именно воспитывает. Наши учащиеся духовной семинарии именуются не студентами, а воспитанниками. И когда я учился, семинаристы  были воспитанники, а вот уже те, кто учился в академии, назывались студентами академии.

Нужно пройти вот эти ступенечки, несколько лет (четыре-пять) повариться в этом котле, испытать себя во всех отношениях, чтобы потом не было каких-то шатаний, выяснить: твое это или не твое. И именно семинария, повторюсь, готовит не богословов, а будущих пастырей. Хотя могут быть и богословы. Наш Алексей Ильич Осипов окончил и семинарию, и академию, и аспирантуру. В то время это было четыре года в семинарии, четыре года в академии и три года аспирантуры, то есть он прошел такую одиннадцатилетку. Но так сложились обстоятельства, что он и не женился, и монашеский постриг не принял, и священнический сан не принял. Он посвятил себя вот такому миссионерскому служению...

– И привел тысячи, если не сотни тысяч людей к вере.

– Да. Такие варианты, конечно, тоже возможны. Необязательно, чтобы человек принял сан. Но ориентир – это будущие пастыри.

– Спасибо, отец Николай, за сегодняшнюю беседу. Будем надеяться, что это возрастание будет происходить.

– И есть надежда, что наша духовная семинария внесет свою лепту в становление подлинного института церковной жизни – и диаконского, и священнического, и общецерковного. Потому что мы пока учимся, как нужно жить, как нужно относиться друг к другу, как нужно правильно строить церковную жизнь – не только богослужебную (богослужебную – более-менее понятно), а всю полноту церковной жизни. Нужно знать и догматическое богословие, и историю Церкви, и, конечно, Священное Писание очень хорошо. Нужно знать не только сам текст и толковать его от «ветра головы своея», но нужно знать, как толковали это святые отцы, как учит церковная полнота в том или ином вопросе. Даже среди преподавателей есть разногласия. Но консенсус, согласие отцов дает возможность правильно жить. И есть надежда спасаться.

– Я хочу напомнить нашим зрителям, в частности тем, кого интересует духовное образование, кто, может быть, планирует в дальнейшем свою жизнь связать со служением Церкви, что с 1 июня начнется прием документов в Екатеринбургскую духовную семинарию на пастырско-богословское и певческо-регентское отделения. Подробности можно узнать в разделе «Абитуриентам» на сайте Екатеринбургской духовной семинарии epds.ru. Или телефон для справок в Екатеринбурге 8 (343) 311-99-40.

Отец Николай, благодарю Вас за беседу!

– Храни всех Господь!

Ведущий Дмитрий Бродовиков

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы