Беседы с батюшкой. Вера и суеверия

12 марта 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма преподобного Сергия Радонежского в Крапивниках протоиерей Александр Абрамов.

– Сегодня тема нашей передачи – «Вера и суеверие». Казалось бы, суеверие – это безобидная вещь: человек сторонится черных кошек, стучит по дереву. Казалось бы, ничего страшного в этом нет. Представляет ли суеверие реальную опасность для человека?

– Суеверие очень далеко ушло от черных кошек, от плевков через плечо и всех прочих таких бабушкиных и прабабушкиных атрибутов. Суеверие могло бы быть безобидным проявлением обычной человеческой глупости, если бы оно властно не вторгалось в сознание людей, которые себя считают верующими. И формируется целый пласт церковных суеверий, причем это не какие-то такие очевидные вещи, которые всегда вышучивали знатоки церковной жизни, как, например, не есть арбуз в день Усекновения главы Иоанна Предтечи. Это все детские игры, это все песочница. Есть значительно более серьезные вещи.

Я участвовал в одной программе на телевидении, и звонит женщина, заливается слезами: «Моя мама не церковная, она не крестилась». И я думаю: «Господи, что же ты плачешь? Маму жалеешь, как она к Богу придет?» Но сквозь слезы я понимаю посыл, и наконец он звучит впрямую: «Сейчас мама моя умрет, и что – все ее грехи на меня перейдут?» Всё с ног на голову. Какое тут милосердие, какое тут прощение, какое тут, в конце концов, христианство? Дичайшее, чудовищное невежество в сочетании с абсолютным эгоизмом. И вот это сплошь и рядом: «Мне подарили на женский праздник не три цветка, а четыре, я теперь умру?» Ну, конечно, умрешь, куда ты денешься? Все мы умрем рано или поздно, но как ты, будучи христианкой, так боишься малозначительных вещей?

Суеверие – это лень ума, подмена веры, нежелание самостоятельно мыслить, нежелание изучать Священное Писание, неумение выстраивать приоритеты в духовной жизни. Я думаю, что это, наряду с глупостью и ленью, одно из наиболее опаснейших проявлений, если не самое опасное, что происходит в современной духовной жизни большинства наших соотечественников.

– То есть почва для суеверия – это невежество и неспособность просто самостоятельно мыслить и ставить на место незначительных вещей истинную веру?

– Чтобы истинная вера была, тебя должен коснуться Господь каким-то образом, и если ты в храме, значит, что-то уже в твоей жизни случилось. Но ты должен все время себя подпитывать соками богословия. Ты должен знать Писание, должен жить ритмом богослужения. Архимандрит Киприан (Керн) говорил, что всякое богословие черпается со дна евхаристической Чаши. А когда человек зевнет, перекрестит рот: «Надо бы сходить причаститься», – ты вообще не понимаешь, о чем ты говоришь! Величайшее таинство совершается, Христос является, а ты приходишь как в овощной магазин: «Вы мне полкило благодати дайте и полкило еще вдобавок чего-нибудь, в нагрузку».

Я еду в такси от храма, меня таксист спрашивает: «А Вы имеете какое-то отношение к этой церкви?» Я говорю: «Да». – «А какое? Я не разбираюсь в этом». – «Я настоятель». –  «Это все мне не очень понятно». Думаю: «Ну, сейчас начнется  обычный разговор священника и зеваки». Но мне деться-то некуда, я в такси. И мы заговорили, и вдруг мой таксист показывает удивительные познания: «А в Книге пророка Даниила как говорится? А Второзаконие нам что говорит? А притча о сеятеле Спасителя?» Я говорю: «Ну, Вы молодец». «А Вы знаете, – говорит, – кто я по деноминации?» Я говорю: «Вы скорее всего протестант». – «Да, а как Вы догадались?» Я говорю: «А Вы хорошо знаете Священное Писание». Наш позор: люди, десятилетиями ходящие в храм, очень часто не понимают смысла богослужения, не знают текстов Священного Писания.

«Господи, воззвах к Тебе, да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою» – до сих пор думают: «Я крокодила перед Тобою». Вроде бы это все ушло в какое-то совершенно немыслимое прошлое. Ничего подобного не происходит. Спрашивает у меня одна раба Божия, можно ли читать апокрифические сказания. Я говорю: «А Вы уже все Священное Писание знаете?» – «Ну, я кусками читаю, большую часть знаю». Совершенное непонимание, как надо выстраивать приоритеты, что Новый Завет для нас имеет, безусловно, большее значение, чем Ветхий Завет, что в Новом Завете евангельские тексты значительнее, чем апостольские, что мы жить должны, в конце концов, этими евангельскими текстами, а не выискивать какие-то совершенные несусветности.

Причем порой даже очень искренне эти несусветности спрашиваются: «Зачем Господь воскресил Лазаря четверодневного, ведь ему потом второй раз пришлось умирать?» Ну, только в очень искаженном, в пустосвятном, в пустомысленном сознании этот вопрос возникает. Почему вас интересуют вещи, которые никакого значения в вашей личной истории спасения не имеют? Вам просто нечем заняться, друзья мои. И вот начинается: «А почему вот это так...» Вы верите в милосердие Божие? Вы думаете, Господь над Лазарем четверодневным эксперименты проводил? Или Он просто хотел всем показать, что Он способен на чудо? Так Он за время Своего служения многих исцелил, нескольких человек воскресил. Ему не нужно власть показывать, тем паче что через кратчайшее время Он войдет в Иерусалим, где Его арестуют и впоследствии казнят. Какой смысл был в этой демонстрации власти?

Надо задавать себе эти вопросы. Нет, мы не хотим задавать себе вопросы, нам нужны готовые, желательно очень примитивные и четкие решения: в среду иду в храм, в четверг ем мясо, в пятницу не ем – и спасаюсь. И, кроме всего прочего, очень хочется прикоснуться к тайному знанию, не устраивает то, что в христианстве все открыто и все проповедуется на кровлях, как Спаситель говорил. Нет, будем апокрифы изучать, еще какие-то секретные тексты искать. Да нет их.

– Вопрос телезрительницы: «Мы с сестрой вдвоем (больше нам помогать некому) уже более трех лет ухаживаем за больной мамой, она после инсульта не может сама садиться, поворачиваться. Мы помогаем во всем, но мама не очень довольна, постоянно нас укоряет. И вот моя сестра говорит, что если кем-то недовольны родители, то тем человеком недоволен Бог. Правда ли это? Или это все-таки следствие болезни?»

– Этот вопрос является прекрасной иллюстрацией того, о чем я только что, собственно, и говорил. Вы извините, я буду, может быть, не очень ласково отвечать на Ваш вопрос. А если не спрашивать священника, а попробовать просто включить мозги? Ваша сестра так сказала, основываясь на чем? Это ей, наверное, какая-нибудь бабушка где-нибудь в каком-нибудь уголке так сообщила. Но Вы, простите, ухаживаете-то за своей матерью, это Ваш долг. А больные пациенты все со вздорным характером, с капризами. В древности говорили, что три вещи тяжелее всего: детей воспитывать, за больными ухаживать и Богу молиться. Естественно, все всегда всем недовольны. Не надо «примазывать» Господа к совершенно обыденным человеческим ситуациям. Если Вы от нее просто устали и хотите найти повод для того, чтобы поменять себя на сиделку, то так и скажите, а Христос-то здесь при чем? Христос благословляет помогать; сколько можете – помогаете, если устали, сделайте перерыв. Это тоже совершенно естественно.

Известна история 60–70-х годов, когда одна женщина пришла к своему духовнику и говорит: «У меня мама лежачая, она под себя ходит, и я не могу от нее отойти, но мне нужно на годок-другой поехать в женский монастырь пожить. Вы меня благословите». Он говорит: «Ты с ума сошла? Вот твой монастырь! Какой тебе еще надо? Это и есть настоящая школа терпения, боли, утомления, смирения на самом деле».

Да, это тяжело, тяжело выхаживать своих больных, но я думаю, что не Бог здесь недоволен, а мы сами не очень хотим это делать или устаем, а Бог, бесспорно, поддерживает помощь. Естественно, иногда надо, может быть, действительно обратиться к кому-либо, чтобы подменили на какое-то время для того, чтобы восстановить силы.

– Как оградить себя от суеверий?

– Надо думать головой, не надо следовать совершенно возмутительному принципу, который в церковных кругах нередко называют ОБС – «одна бабка сказала». Вот я слежу за публичной судьбой многих очень известных, даже знаменитых, маститых современных русских священников. Я слушаю их проповеди четвертьвековой давности,  смотрю на их фотографии. Это люди с горением в сердце, это люди, которые хотели складывать евхаристическую общину, создавать подлинную христианскую общность вокруг Чаши Христовой. И смотрю на них сейчас. С ними не произошло никакого выгорания. Выгорание – это вообще какой-то псевдопсихологический термин. Если священник любит свое дело, если он призван к священству, он никогда не выгорит, хотя ему может быть очень тяжело. Но в этих людях я вижу следующее: ужасное утомление. От чего? Они – о Христе, о стремлении к горнему, а им – «что можно есть? а если я капусту маслом полила, это у меня Великий пост прервался или нет?» Да для вас он не прервется, потому что он для вас и не начинался!

Начало Великого поста... Возьмите какое-нибудь послание апостола – например, то, которое читается во время соборования, таинства Елеосвящения: «Духа не угашайте, малодушествующих поддерживайте, всегда радуйтесь...» Да где это? Такое ощущение, что это говорится совершенно другим людям, а мы продолжаем свои «бубнилки»: «А вот он меня помазал потщательнее»; «А вот если левую руку мне не помазал, значит, это все недействительно?» Это совершенно ветхозаветный подход: выполни 365 предписаний – и попадешь в Царство Небесное. Но христианская жизнь – это не квест. Это не детская игра с бросанием костей, это очень серьезное предприятие, на которое надо настраиваться.

Так вот, избавление от суеверий – через думание, через знакомство со Священным Писанием. Позор, что мы не знаем Писания. Спрашиваешь человека: «Вы Деяния апостолов читали?» – «Это, – говорит, – Иова?» Как сказать? Нет, не Иова. И главное, что не стыдятся люди этого невежества: «Ну когда? Мы же работаем...» Слушайте, когда вы меняете одну работу на другую и она чем-то отличается от предшествующей, вы изучите все необходимое, для того чтобы на новой работе соответствовать ожиданиям работодателя. Просто потому, что это вам нужно. Тут же серьезное дело – зарплата, дети, деньги. А это так: пойти на службу, постоять, лоб перекрестить, свечи передать, даже причаститься. И вот из раза в раз одно и то же, изнурительно одно и то же на исповеди, потому что нет никакого покаяния. Покаяние и самопознание усилием берутся – а нет желания самопознания. Самопознание подменяется набором привычных ритуальных действий: пошел, перекрестился, постоял. С чувством глубочайшего самоудовлетворения, внутреннего настроя о личной праведности выйти из храма и опять начать жить совершенно прежней жизнью, никак не стыкующейся с тем, что сейчас было в храме.

– Почему грехом является гадание?

– Как всякое неполезное заглядывание за край, желание узнать свое будущее. А что полезного в том, чтобы знать свое будущее? Почему мы все время осуществляем манипуляции с прошлым, видоизменяя свою историю, называя  одних героями, других подлецами, или,  наоборот, лезем в будущее? Это только из-за того, что мы не способны и не хотим жить настоящим, которое нам кажется серым, скучным, беспробудным, в нем нет ничего интересного. Прошлое к нам не относится, но мы будем с пеной у рта обсуждать, хороший Сталин или плохой, как если бы мы были в его компании и его грехи к нам относились, равно как и его достижения. Или будущее: а что со мной будет за этим поворотом? А чем мне надо заниматься? А как? И ты совершенно не понимаешь того, что то, чем тебе надо будет в будущем заниматься, полностью определяется тем, какую жизнь ты ведешь сейчас. Мы должны сделать акцент на «сейчас». Апостол Иаков говорит: вера без дел мертва. Апостол Павел говорит: оправдаетесь верой. А мы подменяем веру совершенно тщетным желанием воздействовать на то, что вне нашей руки: на прошлое или будущее.

– То есть, опять же, уход от ответственности за свою духовную жизнь.

– Это духовная наркомания: тебе кажется, что тебя захватывает или обаяние прошлого, или возможность через какие-то секретные способы что-то узнать... Сколько сотен раз я слышал одно и то же: «Вот есть такой человек, это человек православный. Вы не думайте, у него дома иконы, свечи, но я вот ходил к нему, и он мне сказал, что мне не надо этим заниматься». Этот сказал: не надо тем-то заниматься; батюшка сказал: не надо этого делать, – это перекладывание ответственности на чужие плечи. А потом этому же батюшке «прилетит»: «Батюшка мне сказал не идти на работу в троллейбусный парк, я и не пошла, а теперь меня и в трамвайный не берут». Кто виноват? Естественно, батюшка. Нормальные священники и из соображений элементарного здравого смысла, и из соображений нежелания воздействовать на волю человека никогда не скажут: делай так или иначе (в обыденных вещах). Тем более что, как правило, человек совершенно стропотный вот в таких ситуациях: «Благословите поехать в Святую Землю на Страстной неделе». Говоришь: «Ну какая там Страстная неделя, зачем куда-то ехать? Вот храм, побудьте, помолитесь, Вы время на перемещение убьете. Потом съездите». – «Я уже билеты купила». Тогда о чем мы говорим?

– Вопрос телезрительницы: «Могу ли я сейчас, в пост, исповедоваться и причаститься? У меня заболевание, мне нужно полноценное питание, нужно творог обязательно кушать каждый день, каши. Я исключила сливочное масло, мясо».

(Далее диалог с телезрительницей.)

– Исповедоваться Вы можете безотносительно к тому, какую диету ведете. При чем здесь исповедь? Исповедоваться можно хоть с полным животом, чего угодно поев, в любое время. А причаститься... Если это действительно для Вас диета, установленная врачами, а не просто Вам творог нравится, то, естественно, эта диета является лечением. Вы же не спрашиваете, можно ли Вам после анальгина идти причащаться? Творог для Вас лекарство, ешьте его и идите исповедоваться и причащаться. Не должен этот вопрос вообще возникать.

– Я понимаю, я очень хочу попоститься, у меня желание есть, но из-за заболевания не могу и очень переживаю.

– Если есть реальная медицинская ситуация, что с ней поделать? Ее надо учитывать и этим руководствоваться.

– Значит, мне не будет грех, что я сейчас так кушаю?

– Слушайте, это хорошо, что у нас с Вами получился этот разговор. А вот что является большим грехом, по Вашему представлению: то, что Вы творог едите, или то, что Вы не причащаетесь?

– Нет, причащаться-то я хожу.

– Надо продолжать это делать.

– Еще у меня вопрос по поводу моей дочери. Она сама начальница на работе, а есть еще выше начальница над ней. И вот каждый день она игнорирует мою дочь или делает замечания, хотя дочь знает, что права. И моя дочь очень расстроенная из-за этого, начальница все под нее начинает говорить. Как ей быть?

– Поскольку я уже почти двадцать лет священник, то я Вам скажу так: это Ваша точка зрения. А если послушать, например, маму этой старшей начальницы, то она представит какую-нибудь другую точку зрения, согласно которой Ваша дочь бездельница и ничего не слушает, ничего не умеет делать; все безрукие – и все приходится делать той дочери. Поэтому это все надо разделить на десять. А мы живем в таком обществе, когда, как писал один замечательный русский поэт начала XX века: «Наша планета для счастья мало оборудована». Поэтому у всех свои неприятности, не у одной Вашей дочери, естественно.

– Вы понимаете, у начальницы круг своих, а моя дочь работает там уже два года, и та постоянно на нее...

– Слушайте, интриги изобретены не в XXI веке, не в 2018 году, это происходит везде. После того как наша страна пережила такой чудовищный большевистский эксперимент по искоренению веры и вообще каких-то здоровых начал жизни общества, как мы удивляемся, что везде одно и то же: интриги, подсиживания, лизоблюдство и все прочее? Потерявшие голову по волосам не плачут.

– Просто неприятно, она как-то невзлюбила ее.

– А что Вы хотите, чтобы я Вам сказал? Ну, пусть она убьет свою начальницу – Вы такого ждете от меня?

– Нет, нет, как ей поступить вообще? Не обращать внимания?

– Ну, что такое «не обращать внимания»? Вы в это верите? К Вам подойдут в троллейбусе и ударят кулаком в живот. Вы поверите, если Вам священник скажет: «Ты не обращай внимания, продолжай дальше ехать»? Конечно, нет. Мы же говорим о работе, а не об отношениях. Если она делает какое-то дело, если это дело кому-то полезно, а не просто коммерция и зарабатывание «большой деньги»... ради «большой деньги» люди очень много чего терпят. Если деньги такие серьезные, что они являются главным, будет терпеть и дальше; если терпеть сил нет, пусть ищет другую работу. Если она живет в крупном городе, то нет причин не найти работу. Вот и вся история. Если речь идет об унижениях и оскорблении человеческого достоинства, – это терпеть нельзя. Если речь идет о рабочих моментах, в которых каждый может быть не прав, нужно находить компромисс. Вот и все.

(Окончание диалога.)

– Каково должно быть здоровое отношение к сновидениям?

– Здоровое отношение к сновидениям, особенно когда людям представляется, что они видят нечто духовное, изложено в старых отечниках – сборниках древних повествований о жизни разных святых отцов. Один из таких отечников говорит: «Если тебе придет во сне сновидение, что ты видишь Христа, лучше подумай, что ты увидел демона. Это будет меньший грех, чем когда ты увидишь в образе Христа демона и примешь его за Христа, то есть пропустишь подлинное явление Христа, которое тебе явилось в тонком сне».

Мы должны к разного рода снам относиться скептически, с недоверием и без восторженности, очень и очень сдержанно. И вот эта экзальтация: «Ой, мне явилась Богородица!» В зеркало посмотрите на себя. Кто ты такой, чтобы тебе явилась Богородица? Преподобный Серафим Саровский совершал удивительные подвиги – и не сподоблялся каждодневного видения Божией Матери. Преподобному Сергию Радонежскому Она являлась, но все же какое-то понятное число раз. А тут люди чуть ли не каждодневно... Как только программу «Спокойной ночи, малыши» посмотрели, спать легли – и тут же им и святые ангелы Божии, и весь сонм угодников, и святые Минеи дня. Это что такое? Это духовное нездоровье, которое именуется просто прелестью.

Сегодня у нас такой прямой разговор... Очень хорошо припоминаю, как в своих воспоминаниях митрополит Антоний (Храповицкий), один из основателей Русской Зарубежной Церкви, рассказывает о том, как какая-то дама ему докучала, говоря: «Мне всю ночь снились головы в шляпах. Как Вы думаете, это к чему?» Он отвечает: «Я думаю, к расстройству желудка». Видите, слишком серьезное отношение к собственной персоне. «Моя молитва!» Ты это серьезно? То, что мы делаем, лишь приступ, попытка молитвы. «Я вымаливаю свою дочь!» Ага, вымаливаешь ты свою дочь... Вы на кухне орете друг на друга, кто посуду не помыл, потом расходитесь в свои комнаты, ты встаешь к иконочке, затепливаешь лампадочку и вымаливаешь свою дочь, а помимо нее еще и весь мир. Слава Тебе, Господи! Это несерьезно. Это игра в духовность, и это абсолютно комичное, чрезмерно серьезное отношение к самому себе. Улыбнись, пошути над собой, не будь таким надуто серьезным. Сам Мюнхгаузен говорил: «Самые глупые и подлые вещи делаются с очень серьезным выражением лица».

– Если человек узнал себя в Вашем рассказе, что ему следует делать?

– Не обижаться на меня, а попробовать провести самодиагностику.

– Почему нельзя верить астрологическим прогнозам, гаданиям, приметам, если вдруг они даже сбываются?

– Дьявол обладает частичным предведением. Это общеизвестно. На чем строится это его частичное знание о человеке? Дьявол знает дурную сторону человеческой натуры, он знает наши грехи, потому что он их всевает, он знает наши слабости и наши немощи. И он прогнозирует на основании этих немощей, как мы себя будем вести. И во всяких таких прогнозах и предсказаниях есть какая-то частичная доля действительности, но она очень густо замешена с ложью и откровенным враньем, для того чтобы человека в конечном итоге привести к отчаянию, чтобы он совершил неверный поступок.

А что касается астрологических прогнозов… Возьмите всех людей, допустим,1954 года рождения. Среди них много найдется тех, у кого рост 185 сантиметров, – значит, у них уже есть что-то общее. Возьмите людей, рожденных в августе; у них обязательно найдется что-нибудь общее, в том числе и в чертах характера. Только это совершенно никак не связано ни с какими зодиакальными знаками и прочими внешними атрибутами, а с общностью людей и с их единым происхождением от Адама и Евы. Все мы в этом смысле носители одних и тех же качеств, у кого-то они проявлены больше, у кого-то меньше. Надо за собой просто следить, и тогда поймешь, что не для знака зодиака Рак сегодня хорошее время принимать важные управленческие решения, а просто всегда надо трудиться, а не только по четвергам, когда прогноз об этом говорит. И очень плохо, когда православный христианин для себя не считает зазорным хоть одним глазком открыть какую-нибудь газетенку, где на последней странице какой-нибудь очередной самозваный великий астролог пишет свою чушь о том, кому и куда лучше сегодня вложить деньги.

– Вопрос телезрительницы: «Хотелось бы узнать, какую молитву можно прочитать о священнослужителе в день его памяти? В храм я не смогла попасть, а молитва, которая дана в молитвослове, меня смущает, потому что она как-то больше подходит к мирянам».

– А речь идет о живом священнослужителе?

– Нет, об усопшем.

– Который тем не менее не прославлен среди святых, правильно? Просто известный Вам священник?

– Обыкновенный священнослужитель, протоиерей, или архимандрит какой-то, или монахиня…

– Давайте сначала определимся с терминами. День памяти бывает у святых угодников Божиих. Вы, видимо, имеете в виду день его рождения или день его смерти?

– День его смерти.

– Самое простое – это сказать: «Упокой, Господи, раба Твоего (или рабу Твою) такого-то (такую-то)». Но не надо всякий раз обращаться за помощью к молитвослову. А почему в Вашем вопросе не прозвучала мысль о возможности Вашей собственной молитвы? «Господи, помяни монахиню такую-то, она хороший была человек, она меня тому-то и тому-то научила, я была в монастыре таком-то, и как-то по-доброму с ней поговорили». Или: «Вот этот батюшка для меня дорог и ценен, Господи, Ты его тоже не забудь, он умер много лет назад, а я его по-прежнему люблю». Почему мы исключаем свою личную молитву, не написанную по тексту? Вы же не храните прописи первого класса, где Вас учили писать букву «а» или «в», Вы их пишете и слагаете в слова, слово «автомобиль» Вы же пишете по памяти. Значит, и здесь то же: у Вас есть память об этих священнослужителях или монашествующих, вот и скажите своими словами, почему Вы их помните, почему они Вам дороги. Мне кажется, это очень важно.

(Окончание диалога.)

– Есть такое явление, когда инструменты спасения – церковные таинства, молитвы – превращаются в суеверия: молитва становится вычитыванием, детей причащают для того, чтобы они не болели. Как с этим бороться?

– Очень страшно бывает, когда мама несет ребенка причащать и у Чаши ребенку говорит: «Сейчас тебе сладенькое дадут». Какое еще сладенькое? Кровь Христову, Тело Христово! О чем ты говоришь, безумный человек? Крестят, чтобы здоровенький был. У меня в практике была ситуация, когда приходят родители и говорят: «Нам надо крестить, батюшка, но мы ни на какие собеседования ходить не будем, не надо нам ничего рассказывать, Вы нам просто ребенка окрестите, потому что бабушка сказала, что она с некрещеным сидеть не будет». Ну, это совсем какая-то дремучая архаика, какое-то  Зазеркалье, «Алиса в Стране чудес». И я думаю, что на самом деле нет греха в том, чтобы отказать на этом основании в крещении. Вы разберитесь, что будет происходить в таинстве. В этом случае бабушки вашей номер десятый, и ее сантименты по этому поводу никак не должны священника интересовать. И вот эти ахи и охи: «Ну как же, Вы должны, это же хорошее дело»... Хорошее дело хорошо в хороших обстоятельствах, оно не само по себе имеет ценность.

У нас в конце 80-х годов зараз по сто человек крестили в храме, и каждый день огромный приток людей был. А где они все, эти люди? Они продолжают себя во всех социологических опросах значить православными, а сколько процентов москвичей приходит на Пасху в храмы? Слава Богу, этот процент не падает, но он значительно меньше числа тех людей, которые были в свое время крещены на гребне популярности крещения. Поэтому люди, которые желают жить церковной жизнью и не хотят относиться к церкви как к духовному супермаркету, месту оказания ритуальных услуг, должны понять, что не церковь нам должна, а мы очень много должны Христу переменой жизни, сознательностью.

Сознательностью – это со знанием. Христос сказал в Евангелии, и ты знаешь, что Он сказал, и со-знаешь. То есть это знание становится и твоим, и ты начинаешь жить ритмом, темпом и сутью церковной жизни. И вот эти глупые улыбочки: «Ну, мы же это не знаем». А почему вы этого не знаете? Почему вы не даете себе труда? Вы отдаете своих детей учить китайский язык, вы хвалитесь тем, что он у вас, кроме английского, в четыре года уже начал заниматься французским, а сами ленитесь молитву «Отче наш» для себя с церковнославянского перевести на русский и понять, что она значит. «Мы же не очень в этом…» Ну, не очень, давайте будем вместе разбираться, здесь нет никакой надменности, церковь – для людей. Но если вы приходите как в супермаркет: «Давайте нас обслуживайте, мы сейчас пятьсот рублей на тарелку бросим – и вы на пятьсот рублей, уж будьте любезны, предоставьте нам соответствующие услуги, а то мы найдем на вас управу», – это совершенно советское отношение в каком-нибудь магазине «Бухарест», где выкинули дефицит – ботинки.

– Каким образом суеверия делают человека несвободным? И как вера освобождает человека?

– Суеверия – это ведь, получается, зависимость от незначительных вещей, уводящих тебя от сути событий. Ты не хочешь производить над собой работу, ты не хочешь всерьез погружаться в очень обязывающий пласт евангельской жизни, тебя устраивает по краям. А по краям как раз вся эта пена: а что будет, если я поступлю вот так, если я это не съем, а там не оденусь, а правда ли можно зеленое платье надевать, а не красное? Масса нелепых, незначительных вопросов! И вся жизнь проходит в обсуждении нелепых и незначительных вещей. А что происходит с человеком? Будучи задуманным и сотворенным по образу и подобию Божию, он сам становится нелепым и незначительным человеком. И что ему тогда остается? Восхищаться олимпийскими победами, которые другие люди совершали. В замечательном фильме «Покровские ворота» есть момент: одни завоевывают кубки, а другие гравируют на них имена победителей. Вот мы не должны быть теми, кто гравирует имена победителей. Мы должны сами завоевывать кубки. И наш главнейший кубок – это подлинное участие в жизни церкви и движение по дороге спасения.

– Я знаю, что иногда люди подают милостыню цыганам или каким-то проходимцам из страха, что те могут навести порчу, воздействовать на них какими-то чарами. Как объяснить людям, что это не является чем-то серьезным? Как их избавить от этого суеверия?

– Я не убежден, что их надо от этого избавлять, им же так хочется, и ничто их не переубедит. За этим стоит совершенно первобытный страх магического воздействия. Я очень хорошо помню, как я во втором-третьем классе проводил лето у бабушки в деревне (это еще в Советском Союзе, и было очень безопасно путешествовать на большие расстояния), и мы решили поехать на электричке с моим младшим братом в город Горький (ныне Нижний Новгород). Это было километрах в ста от деревни. Мы вышли – два дурачка, маленьких ребенка – на вокзале города Горький, и нас окружили представители табора и что-то стали лопотать, запугивать нас. Мы не испугались, но как-то они нас так обобрали (слава Богу, что обратные билеты у нас уже были куплены), и поездка в Горький была полностью свернута, потому что у нас даже на мороженое не осталось денег. Мы были детьми. А здесь взрослые люди, которые просто хотят откупиться от неприятностей. Откупиться от неприятностей не получится, и неприятности идут не оттуда, откуда вы их боитесь. Вы хотите поставить блок и защиту против тех, кто вам повредить не может. Но вам уже повредил дьявол тем, что заставил вас страшиться: испугались здесь, испугались там, а в результате стали трусливым человечком, боящимся всяких наветов, сглаза, разных узелков и так далее. Уже 1:0 в пользу дьявола.

Вот стоят очевидные алкаши около паперти храма, или сейчас очень модно такое: мы часто видим на паперти людей, будто бы приехавших из Донецка и Луганска. «Помогите купить билеты домой». Слушайте, как вы все приехали? Почему-то всегда билеты только в одну сторону удается приобрести. Включайте мозг, подумайте об этом. Иоанн Златоуст говорит: «Пусть милостыня запотеет в твоей руке». Давайте людям, о которых вы точно знаете, что они нуждаются, давайте на те дела, о которых вы точно знаете, что это не грязные дела. Давайте храму, в конце концов, если вы доверяете храму и священнику, к общине которого вы принадлежите. Не швыряйте эти деньги, чтобы откупиться от неприятностей, потому что это лучший способ нажить себе неприятности.

– Вопрос телезрителя: «Насколько я понимаю, суеверия – это вера суетная, то есть не истинная, поскольку Христос сказал: Я есть путь, и истина, и жизнь. И у меня первый вопрос: не являются ли другие религии, кроме христианства, суевериями? И второй вопрос. В христианстве масса конфессий, кроме православия. Они истинные или нет?»

– Суеверие – это пустое верование. О христианстве я не скажу лучше, чем один из прославленных церковных иерархов. Он сказал: «Я не знаю, спасутся ли протестанты или католики, но я знаю, что я без православия не спасусь». Поэтому оставим это на усмотрение Господа. Это не наш с Вами вопрос, что будет с другими христианами. Все-таки они во Христа веруют. Если они веруют во Христа, во Святую Троицу, значит, они все-таки в некоем поиске находятся. И не надо нам предвосхищать как Суд Божий, так и милость Божию.

Другие религиозные традиции, не будучи христианскими, какие-то совсем далеко отстоят от христианства (многобожие, язычество и так далее), какие-то ближе (единобожные: ислам или иудаизм, так называемые авраамические религии). Я полагаю бесперспективным разговор о том, как будет определяться участь приверженцев этой веры. Например, мы будем твердо знать, что такие-то и такие-то попадают в ад, – это нам радость принесет? Нам вообще может принести радость, что кто-то попадает в ад? Чувство законного удовлетворения: а мы-то здесь при чем? И как это их попадание в ад заставит нас себя вести более духовно и более правильно? Наша задача – не другим судьбу прорицать, а сосредоточиться на себе, на том, чтобы наше православие было не наружным, а настоящим, чтобы наше сердце было не дебелым, не огрубевшим, а готовым воспринять призыв Христа. И вот наша сосредоточенность на себе, а не на внешних и будет нашим движением к спасению.

– Скажите, как связаны между собой суеверие и суетливость в жизни?

– И то, и другое – пустодействие. Суетливость  (вечная боязнь опоздать, когда ты ничего не успеваешь) чаще всего свидетельствует о том, что ты не можешь организовать свое время. Суеверие – когда ты фиксируешь свое внимание на малозначительных вещах, это значит, что ты не можешь организовать свое сердце и свой ум. И то, и другое имеет общую природу; и то, и другое надо бросать, пересматривать и вглядываться в главное. «Всматривайтесь в обстоятельства времени, – говорит один святой угодник Божий, – ищите Того, Кто выше времени».

Ведущий Денис Береснев

Записала Елена Кузоро

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы