Беседы с батюшкой. Пост и летнее время

10 августа 2017 г.

Аудио
Скачать .mp3
В петербургской студии нашего телеканала на вопросы отвечает клирик храма святых праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы на Моховой улице диакон Сергий Учанейшвили.

(Расшифровка выполнена с минимальным редактированием устной речи)

– Очень радостно быть снова в студии. Последний раз я был здесь в пасхальный период. Сейчас прошло уже практически все лето. Как у Митяева поется в песне: «Лето – это маленькая жизнь»… Наверное, целая маленькая жизнь прошла с прошлого эфира.

– Очень радостно Вас сегодня видеть! Здорово, что наши беседы так чередуются, что мы видимся в пост, потом по большим праздникам. Дай Бог, чтобы эта традиция у нас сохранялась. Сегодня мы поговорим о посте и летнем времени.

Грядет Успенский пост. Петров пост мы благополучно прошли, до этого прошли и Великий, испытали радость Пасхи. Хотелось бы поговорить о том, как проводить летние дни. Сейчас продолжается так называемый высокий сезон, есть возможность отдохнуть, набраться сил, куда-нибудь выехать – в общем, дать возможность себе понежиться на солнце. Но приближается Успенский пост. Что делать?

Для начала я бы Вас попросил сказать несколько слов об этом посте: когда он начнется, сколько продлится и почему мы в этот период входим как в постное время.

– Успенский пост довольно поздно появился в христианской Православной Церкви. Достаточно сказать, что в обиход Русской Православной Церкви он вошел уже в XIV веке. То есть это один из самых последних многодневных постов, вошедших в череду ежегодных постов. Посвящен он, безусловно, Успению Божией Матери. Это великое событие, которое входит в череду двунадесятых праздников. Безусловно, мы к нему должны подготовиться. Всего лишь две недели. Казалось бы, что такое две недели, других таких постов у нас и не бывает. В лучшем случае бывает короткий Петров пост, когда Пасха поздняя. В остальное время, конечно, посты у нас значительно дольше. Успенский пост – всего лишь 14 дней, начинается он с предстоящего понедельника, 14 августа.

Что в этот пост можно, а чего нельзя? Пост один из самых строгих, приравнивается по строгости к Великому. В этот период мы не вкушаем животных продуктов. Я имею в виду тех, кто по здоровью может себе это позволить. Кто по здоровью не может, рекомендую подойти к духовникам, объяснить ситуацию, взять благословение, чтобы с церковным благословением спокойно выполнять то, что батюшка вам скажет. Может быть послабление на молочные продукты, рыбу, в зависимости от того, какие недуги у вас есть. Остальным же, конечно, рекомендуется вкушать растительную пищу. Лето для этого – очень благоприятный период. В русском народе даже бытовала расхожая мысль, что в течение Успенского поста нужно съесть овощей и фруктов в таком количестве, каков ваш собственный вес. Конечно, если такую задачу поставить… во мне сейчас 86 килограммов живого веса, значит, 86 килограммов фруктов и овощей надо было бы съесть. (Смеется.) Если, конечно, мой семейный бюджет потянет такие серьезные расходы.

Если без шуток, конечно, в летний период ездят на курорты, отдыхать. Безусловно, пост как таковой не является только источником ограничений в пище. Пост еще и ограничивает человека в развлечениях, в отвлеченных греховных мыслях, к которым очень часто располагает нас летний сезон. Я только что приехал с фестивалей. В Севастополе проходил 14-й фестиваль «Небо славян», 15-й фестиваль «Одигитрия» –  на Белорусской земле, в Витебске. Раньше фестиваль «Небо славян» был прямо в дни Успенского поста – с 14 по 28 августа. Мы в Севастополе, в Крыму, проводили фестиваль как конкурс. Плюс еще благотворительные концерты в войсковых частях, в разных социальных заведениях.

Представьте себе, что такое летом Успенский пост на курорте. Вокруг тебя ходят раздетые люди, загорают, едят шашлыки, кругом этот шашлычный дым, запахи, происходят возлияния вкусных спиртосодержащих крымских напитков и прочее. То есть для человека православного это, конечно, непростой период… Выходишь на пляж и видишь загорающих людей, возникают какие-то ассоциативные ряды или мысли по поводу плотских пристрастий человека. Тут глаза свои нужно удерживать, мысли удерживать от соблазнов. Шашлыки жарятся вокруг тебя, а тебе нужно есть помидорчики с огурчиками и кабачками. И это уже настоящий подвиг. Когда мы этот период проходили с песнями, многие соблазнялись – как так, Успенский пост, а вы песни поете, у вас фестиваль славянский. Мы отвечали, что у нас есть на это благословение,  мы несем в Успенский пост православную культуру, духовные вещи людям, чтобы они задумались; может быть, сделали определенные выводы и встали на путь подвига.

Люди видят, что ты постишься, не вкушаешь мяса, в то время как оно есть и все вокруг его употребляют; не пьешь вина, когда его вокруг много и все его пьют и считают, что это норма; ты не веселишься так, как другие веселятся в этот период, а ведешь довольно сдержанный образ жизни… В то же время ты не обозлен, открыт, всегда приходишь на помощь и можешь рассказать о вещах, которые тебе Господь открыл, поделиться даже где-то на пляже своими откровениями о Боге. На пляже, или у костра, или в других ситуациях, в такой обстановке, люди бывают довольно открыты. В это открытое сердце можно иногда вложить какое-то семечко веры, от сердца к сердцу. У меня лично часто бывают удивительные контакты даже в таких, казалось бы, не очень подходящих для проповеди местах. Завязываются на пляже долгие разговоры о Боге, о пути к вере. Многие удивляются: «Вы священнослужитель? Как Вы к этому пришли»; и прочее…

Думаю, время поста мы должны пройти максимально собранно, насколько это для нас возможно. Четырнадцать дней поста – это ведь не так сложно для тех, кто прошел сорок дней поста или Великий пост с его ограничениями, со сложными службами и прочим. Здесь и овощи, и фрукты… Одна только ягода арбуз может восполнить в вас тот самый вес, о котором я говорил, сполна. Сейчас все это есть в наших магазинах, на рынках, на улицах. Мы видим дыни, арбузы, помидоры, огурцы... Я считаю, что в этот период поститься даже проще, чем в другое время: пришел домой, сделал салатик, сварил картошки, компотов, кваса – и вполне можно даже в жаркие дни спокойно пройти эти дни. Даже с пользой для тела и души, особенно для тех, кто страдает лишним весом.

Хотя пост не является пищевой диетой для похудения, тем не менее этот положительный эффект он тоже приносит. Для тех, кто страдает лишним весом, думаю, это будет дополнительным подспорьем, чтобы заняться здоровым образом жизни. Сейчас это даже модно, многие прибегают к здоровому образу жизни. Мне очень радостно, когда я вижу, что люди идут по улицам, не пряча в бумажных свертках пиво или выпивая по углам, а пьют открыто просто воду. Сейчас это стало тенденцией, которая меня радует. Человек как биологическое существо устроен с большим водным балансом, около 80% в нас воды. Если мы не будем употреблять чистую воду, конечно, наш организм начнет болеть, в нем будут происходить негативные процессы. Поэтому два литра воды человек должен выпивать.

В дни, когда я не служу литургию (когда ничего не вкушаю до Причастия), я начинаю с глотка святой воды и кусочка просфоры, как это обычно делает с утра православный человек. А потом пью стакан или два чистой хорошей воды на голодный желудок, чтобы эта вода сразу же восполнила в организме водный баланс. Как мы помним, многие святые отцы прожили длинную жизнь, сто лет в очень суровых условиях. Чем они питались? Практически ничем. Пили воду из родников в лесах, если подвизались – обязательно возле какого-то водного источника, а ели… Что может пустынник? Вырастить зерно и испечь себе хлеба? Нет, он пил воду и ел то, что Бог ему посылал, – корешки, плоды в лесу. Но вода была обязательно. И они прекрасно себя чувствовали, жили долгие годы. Один Симеон Столпник, жизнь которого меня всегда поражает, более восьмидесяти лет отстоял на столбе, практически ничего не вкушая (несколько глотков воды и кусочек просфоры). С Божьей помощью он пребывал на этом столбе и открыл для нас удивительный подвиг, жил более ста лет. А мы вроде едим хорошие продукты (как мы считаем), в которых все микроэлементы. Но живем, дай Бог, семьдесят лет, «аще в силах», то и восемьдесят. Тем не менее есть примеры, когда люди в очень суровых условиях прожили довольно большой свой век, живя духовно и соблюдая все церковные каноны.

Конечно, для нас это большое подспорье. Как говорил Александр Васильевич Суворов (может быть, я повторяюсь, но очень люблю эти слова и самого Суворова), побеждает тот, кто меньше себя жалеет. Наше саможаление, как правило, не дает нам расти – ни духовно, ни физически. Когда мы жалеем свое тело, оно начинает хиреть, если мы его не тренируем, не закаляем, не делаем упражнений, не питаемся правильно, не даем ему правильных нагрузок. Естественно, потом оно теряет все свои функции и возможности, заложенные от Бога, и умирает, иногда прежде тех же семидесяти лет.  Я смотрю на свою жизнь и вижу: бывает, начинаешь иногда, как говорится у молодежи, сачковать, себя жалеть… Хочется отдохнуть или отложить какие-то дела на потом. И понимаешь, что мог бы достичь большего, но не достигаешь. А кто-то достигает. Смотришь – иногда рождается такое нехорошее чувство, как зависть. А кто не дает тебе так же, как человеку, который у тебя вызвал зависть, достичь чего-то?

Наверное, чем старше я становлюсь, тем больше начинаю ценить время, тем больше хочется максимально использовать излишки времени, которые у нас есть. Думаю, пост для нас – это как раз период внутренней собранности, сублимации, когда мы за счет ограничения себя в каких-то удовольствиях получаем духовный всплеск и через это открываем для себя новые перспективы, возможности. Появляются и творческие силы, у творческих людей стихи пишутся, песни. У меня в этот период тоже рождались песни и стихи, помню этот момент. Кто-то, может быть, займется научной работой.

Мне сейчас надо диссертацию писать, поэтому Успенский пост будет для меня дополнительным духовным стимулом, чтобы написать ее, потому что хочется сделать это хорошо. Я уже долго собираю материалы, думаю, подключаю людей, хочется о молодежной работе, которой я занимаюсь не первый год, написать так, чтобы она не просто легла на полку в переплете. Конечно, такой вариант тоже возможен. Но желательно, чтобы она приносила пользу, чтобы, прочитав ее, кто-то открыл для себя, каким путем организовать православный молодежный клуб, общину, какие формы бывают, каким образом к этому можно прийти, какие есть ступени. Многие спрашивают, с чего начать. Мы хотим, назначили ответственного на приходе, а с чего начать? И молодежи-то у нас нет. Как это все организовать? Если такие примеры есть, если они просто перечислены – примеры такого-то клуба, с такими-то направлениями (спортивными, благотворительными, защиты животных, помощь старикам, детям, творческие проекты, балы и многие другие досуговые проекты), то есть если у тебя есть перечень таких образцов, может быть, ты сможешь и сам последовать этому примеру и организовать у себя что-то. Или синтезировать весь этот опыт во что-то новое.

Мне бы хотелось, чтобы у меня лично Успенский пост прошел не только в воздержании, но и в собранности, которую в период этого воздержания дает Господь. Человеку, который стремится на себя взять этот труд, Он дает дополнительные силы и то, что мы в церковной среде называем благодатью. Это благо тебе дается ни за что, просто по милости Божией, за какие-то небольшие подвиги, которые ты над собой совершаешь. Поэтому я желаю нашим телезрителям не бояться этих постов, особенно тем, кто не постился еще или не пробовал. Четырнадцать дней попоститься – это попробовать себя испытать. Наверное, это даст стимул к тому, чтобы пойти по этому пути дальше, изведать для себя блага, которые Господь дает тем, кто берет на себя это иго. Сам Христос говорил: иго Мое благо, и бремя Мое легко есть. То есть тот, кто берет на себя иго Христово, ощущает помощь Божию и радость от этой помощи; и потом стремится к ней.

– Важные слова прозвучали к вопросу, который часто задают себе люди перед постом, осмысленно подходя к нему: пост – это время действия или покоя? С Ваших слов я понял, что это время действия. Но какого действия?

– Был такой эксперимент в конце девяностых годов. Ученые исследовали состояние молитвы. Когда я был в Крыму на фестивале, параллельно проходил конгресс православных ученых (в Симферополе, Севастополе). Меня, кстати, тоже приняли в общество православных ученых, хотя я еще даже не магистр, только диссертацию пишу. Видимо, авансом, учитывая, что у нас интересные перспективы. В одном из докладов как раз прозвучала эта тема. Исследуя православную молитву (и молитвы других религий), пришли к выводу, что молитвенное состояние вроде бы является бдением, но мозг в этот момент отдыхает. Если человек бдит или испытывает напряженность, стресс, то прибор показывает шкалу, волны. А в состоянии глубокого сна или покоя линия ровная, то есть человек отдыхает, разум его отключен.

Этот эксперимент проводили как раз у нас в только что возрождающейся лавре на монахах (по крайней мере, так было в докладе). Подключили приборы во время молитвы и вышли как раз на этот момент: человек бдит, в полном сознании, он молится, а мозг отдыхает. То есть, напрягая себя, заставляя молиться, мы одновременно получаем от Бога такую странную благодать, что мозг наш отдыхает. Наверное, это одно из чудес, когда диаметрально противоположные вещи происходят одновременно. Полное бдение, рассудок и сознание соответствуют одновременно полному умиротворению, расслаблению мозга и его отдыху. Поэтому молиться можно много – и не перетрудиться.

Это тоже момент опыта, потому что до молитвы еще нужно дорасти. Не каждый, кто начнет читать молитвослов, может прийти к тому, что уже получил состояние внутренней молитвы. Но как говорил китайский мудрец, дорога в тысячу ли начинается с первого шага. Его нужно делать. Никто из тех, кто достиг чего-то в жизни, не начинал сразу с того, что стал кандидатом, или доктором наук, или профессором. Он начинал с азов, но прилагал силы, всегда двигаясь по этому пути, по чуть-чуть чего-то достигал – и достиг вершин… Тут дорогу осилит идущий.

Поста не надо бояться, нужно к нему подойти, может быть, как к испытанию своих внутренних сил и сочетанию своего с Богом. Мешает наше маловерие… Помните, Петр увидел Христа, идущего по водам? Сначала все вскричали, испугавшись, что это призрак, потом Христос их успокоил – в буре Генисаретского озера. Ветер рвет снасти, качает лодку, готов ее утопить. И вдруг идет человек по водам – конечно, испугаешься, подумаешь, что это призрак. Но Христос их утешает: «Это Я, не призрак». Петр тогда говорит: «Господи, повели мне идти так. Я же Тебя вижу, знаю, какой Ты. Ты из плоти, ешь, пьешь вместе с нами; ходишь, спишь. И вдруг – идешь по водам. Я хочу так же». Господь отвечает: ну так иди. Петр идет. Пока он смотрит на Христа и думает о Боге, не отвлекаясь ни на что, он идет по водам. Но вдруг начинает вспоминать о мире, о том, что под ногами вода, а по воде вообще-то ходить нельзя; ветер вокруг, огромные волны. Он рыбак, он понимает все это. Когда он только отвлекается от Христа Бога на мир, тут же мир его поглощает со всеми этими страшилками, и Петр начинает тонуть. Он кричит: «Господи, помоги мне, погибаю!» Христос же говорит ему: «Почто усомнился, маловере?» То есть человек уже шел по воде, глядя на Христа (Христос давал ему эти силы), и вдруг усомнился и стал тонуть.

Так и мы в жизни часто. Если оставляем перед собой только Христа и надежду на Него, то мы можем совершить все. Об этом Христос Сам сказал: что Я делаю, то смогут делать и Мои ученики – и больше того смогут сделать. Представляете, Христос говорит, что мы даже можем сделать больше, чем Он. Это Он сказал. То есть каждый из нас на это оказывается способен. Но мы должны отбросить «житейское море, воздвизаемое зря напастей бурею», которое пытается нас утопить своими волнами, бесконечными проблемами. То деньги, то курс валют, то политика, то мирские заботы и дела… Они отодвигают от нас Бога на второй план, поглощают нас. Если мы не спохватимся, что уже утопаем в этом, если не крикнем, как Петр, «Господи, спаси нас!», чтобы Господь нас выдернул оттуда, то можем и утонуть. А если перед собой оставляем Христа как ориентир, как свет маяка в буре океана, в темноте и идем к Нему, Христос нас никогда не покинет. Уж кто-кто, а Он нас никогда не покидает, всегда о нас заботится, радеет. Вопрос только в том, отвлекаемся ли мы от Него, смотрим ли по краям и начинаем ли думать о мире, а потом уже о Христе.

Этот случай, наверное, не зря произошел. Всё в Евангелии, в том коротком периоде жизни Христа, когда Он вышел на проповедь и проповедовал до самого Своего вознесения, несет в себе глубочайший смысл. Многие поколения многократно прочитывали Евангелие, толковали его, и всегда находятся еще какие-то грани того, что происходило. Потому что это все для нас, для нашего научения, поддержки, для той надежды, веры и любви, которые мы должны в себе взогреть. Все это мы как раз находим в Христе. Может быть, человеку новоначальному сложно стяжать благодать Святого Духа. Он думает, что это такое… Как это: стяжать благодать Святого Духа, как у Серафима Саровского, что это за цель нашей жизни, что это за благодать? То есть это абсолютно непонятная установка для человека мирского.

Когда он начинает возрастать, идти по этим ступенечкам, как сказано у Иоанна Лествичника (восхождение в духовной жизни на тридцать ступеней), то уже с высоты начинает видеть что-то. С первого этажа толком ничего не видно, кроме того, что видно на этом уровне. А когда начинаешь восходить, уже видишь сверху. А если забираешься на тридцать ступеней, уже видишь, как все в мире устроено. Восходя по этим ступеням, начинаешь чего-то достигать, что-то понимать – от чего ты отталкивался и к чему уже пришел, что еще впереди тебя ждет. Благодать Святого Духа, конечно, великая радость для нас от Бога, потому что в ней человек пребывает, обожествляется, приближается к самому существу Бога, становится отчасти Богом, Сыном Божиим, как и Христос сказал («Я сказал: вы боги») – о нас с вами, о плотских людях.

Когда начинаешь задумываться, видишь примеры среди святых отцов, даже среди наших современников. Иоанн Кронштадтский. Век прошел, это не так уж и много. Есть его фотографии, картины, рассказы о нем, дневники его воспоминаний. Мы видим, что невероятные вещи происходят. Или тот же Серафим Саровский, или современные афонские подвижники, которые недавно отошли или даже еще живы. Мы видим эти чудеса и понимаем, что это не сказки, написанные в архивах церковной истории. Мы видим, что реально происходят чудеса. Конечно, это не может нас, современных христиан, не окрылять, не подвигать к тому, чтобы совершать над собой усилия, направить себя к этому движению к Богу.

У меня образное мышление; иногда, когда я начинаю проповедовать, мне приходится что-то чертить, рисовать. Я говорю: диаметрально противоположные вещи – это Бог и мир. Либо ты стремишься к миру – в противоположную сторону от Бога, либо стремишься к Богу – в противоположную сторону от мира. Если нарисовать круг, то диаметр – это максимальное расстояние точек в этом круге. Чуть сместишь точки вправо или влево – это уже не диаметр. Максимально удаленные точки друг от друга, диаметрально противоположные – значит, дальше уже некуда. Здесь Бог, а здесь мир. Насколько мы будем по этой шкале двигаться к Богу, настолько же будем удаляться от мира. И, наоборот, насколько мы будем приближаться к миру, настолько и удаляться от Бога. Тут других вариантов нет.

И вот по этой шкале мы движемся, приближаемся сюда – и у нас увеличивается часть всего, что мы в себя вмещаем. Максимально удалившийся от мира человек, максимально приблизившийся к Богу (преподобный) вмещает в себя весь мир и обо всем мире уже молится, любит все в этом мире, включая комаров, которых кормил на себе преподобный Александр Свирский. Мы считаем их кровососами (в летний период вешаем сетки на окна, включаем «Рапторы», бьем их на себе), а это живые существа, они созданы Богом для чего-то, у них есть какое-то предназначение. Александр Свирский их просто кормил. Выходил ночью на Валааме, его облепляли комары, ели, а он их не убивал. То есть он понимал гармонию мироздания, устроенную Господом. Если мы чего-то не понимаем, это не значит, что нужно это устранить.

Пример. Когда открыли Америку (в центральной части), испанцы-католики стали просвещать [местное население]. Латинская Америка – удивительное место, где сейчас процветает католицизм. В Европе он, к сожалению, деградирует, умирает. За счет чего? Сейчас даже папа Римский из Латинской Америки, потому что именно там это процветает. Если бы пришли православные миссионеры, наверное, Латинская Америка была бы православной. А так те просветили их, не истребили индейцев, живших там, ассимилировались, и родился синтезированный народ. Люди говорят на испанском языке, исповедуют католическое христианство. Любят петь и плясать, выглядят своеобразно.

А когда в Северную Америку пришли протестанты (в основном это были выходцы из Англии, Туманного Альбиона, из Франции, западные протестантские наши заблудшие братья во Христе), что они там делали? Просто истребляли все, что им мешало. Протестанты таким образом «просвещали» эти земли – просто истребляли индейцев, местных жителей, чтобы они не мешали им там жить, осваивать землю.

На этом примере мы прекрасно видим, каким образом происходят все эти взаимоотношения в мире, даже в мире, который вроде бы исповедует Христа, но исповедует по-разному. В данном случае, вернувшись к образному графику, мы прекрасно видим, что никто нас не ограничивает на пути к Христу, кроме нас самих и наших греховных пристрастий. Кто больше любит Христа, тот к Нему и ближе. Ты больше любишь Его – ты к Нему приближаешься, расстояние до Христа уменьшается за счет твоей любви к Нему. Если я люблю человека, что я делаю? Я к нему стремлюсь, мне с ним хочется быть, я хочу с ним делиться, хочу ему что-то принести; может быть, даже жертвенно, как правило, это бывает. Если я человека не люблю, естественно, я от него стараюсь убежать, удалиться, спрятаться и вообще с ним не видеться и даже не переписываться, не смотреть, что у него происходит в Интернете. То есть буду подальше от него.

Так же получается и у нас по этому графику в соотношении любви или нелюбви к Богу или к миру. Если мы не любим Бога, естественно, мы любим мир, к миру тянемся, от Бога прячемся. Господи, не надо мне Твоих постов, особенно на Успение, когда все отдыхают, жарят шашлыки, купаются в море, загорают на солнце и пьют напитки. А я должен себя ограничивать почему-то по доброй воле. Никто со мной рядом не стоит, не записывает мои грехи, с палкой меня не гонит на то, чтобы я все это выполнял, и вдруг я это должен делать. Если мы это делаем, то делаем именно ради Христа, ради любви к Нему. Таким образом мы сами себя приближаем к Нему. Любовь к Христу нас приближает к Нему, а нелюбовь – удаляет. Других вариантов нет, все очень просто. Хочешь быть к Христу близко – люби Его. Любишь Христа – значит, ты к Нему близко подбираешься. Потому что если любовь умозрительна – я люблю, но ничего не делаю, лежу на диване; «Господи, я так Тебя люблю», – это все равно что жене сказать «я тебя так люблю!» и целыми днями на диване лежать. Она подумает: так, в магазин не ходит, на работу не ходит, не зарабатывает, детьми не занимается, на меня внимания не обращает. Только говорит «люблю тебя» и показывает свои «лайки». Конечно, это уже не любовь, а какая-то профанация.

В частности, в отношениях с Богом любовь – это как раз выполнение того, что Бог нам оставил. Ведь Он говорит: если вы будете все время взывать «Господи, Господи», а то, что говорю, делать не станете, какие тогда отношения у нас будут? Я вам буду все давать, что вы просите, а вы не будете делать того, что Я вам говорю. Вот папа говорит ребенку: «Мишенька, утром заправишь постель, почистишь зубы, сделаешь зарядку; сходишь в школу, не опаздывай; потом сделаешь уроки, потом пойдешь гулять». А Мишенька? Утром проспал, зубы не чистил, постель не заправил, схватил рюкзак, прибежал с опозданием; получил неудовлетворительные оценки; прибежал домой, оценки стер, заштриховал; уроки не сделал, пошел гулять. Как папа должен относиться после этого к такому Мишеньке? Либо ремешок начнет корректировать поведение Миши, либо другие отношения будут, более серьезные, строгие. Наоборот, если Миша выполняет все, что папа сказал, папа будет рад и доволен. «Что, у Миши день рождения? Надо ему айфон новый купить или что он там хочет…». Компьютер, чтобы он черпал знания из Интернета, совершенствовался. Может, докторскую когда-нибудь напишет благодаря этому.

Так и Бог с нами. Если Он нам оставил заповеди, а мы их не выполняем, неужели мы будем ожидать, что Он нам крендели небесные будет подавать? Было бы как-то странно, если бы за отступление от заповедей, от родительских установок мы получали еще и поощрение. Очень часто бывает, особенно у новоначальных (у меня есть такие друзья): они только начинают к этому всему прикасаться, и Бог им дает столько благодати попервости! Чтобы показать это, как апостолу Павлу, который был взят на небо и после этого изменился, из гонителя христиан стал самым рьяным проповедником.

Нам, неофитам, Господь сначала тоже дает благодатные дары, чудеса, много подарков, которые мы ощущаем даже в обычной нашей мирской жизни. Хорошо бы нам просто это все переварить, осознать, для чего Господь все это дает, и постепенно начинать по этому пути двигаться, сосуществовать вместе с Богом. Некоторые мои друзья, встав на этот путь, вдруг стали получать такие подарки от Бога – бесплатные поездки в Турцию в пятизвездочный отель и прочее. Только человек стал делать какие-то шаги – крестик надел, выбросил лишние вещи (какую-нибудь голову с рогами, стоявшую дома или на работе в виде статуэтки), и Господь посылает какие-то дары, говорит: правильно, ты на правильном пути, двигайся. Потом уже Господь нам дает потрудиться, потренироваться, стать человеком, стремящимся, может быть, к аскетической жизни, к каким-то подвигам. Но вначале такие благодатные дары бывают.

Вернемся к теме поста. Многие из тех, с кем я общаюсь, даже крестики носят. На пляже не скроешь. Выходишь в Севастополе на пляж – и видишь, у кого крестики есть, у кого их нет, что они из себя представляют; кто-то разрисован татуировками; видишь, кто как одет. Начинаешь разговаривать с человеком с крестиком – и понимаешь, что он довольно далек еще от термина «христианин», который к нему можно было бы применить, глядя на крест на его груди. Нужно просвещать и просвещать людей, помочь им сделать какие-то шаги. Может быть не сразу большой пост, более скромные начальные шаги. Думаю, в современном мире места для миссионерства столько, что дай Бог нам сил, чтобы мы смогли как-то на себя взять этот подвиг, груз. И в то же время это благодатное служение. Пример православного человека, я считаю, – вся наша жизнь. Как ты выглядишь, как себя ведешь, насколько ты замкнутый в себе и агрессивный – либо радушный, открытый и источаешь свет.

Может быть, я уже об этом говорил; про себя неудобно говорить, просто процитирую людей, которые иногда пишут мне «ВКонтакте». На день рождения или какие-то праздники сваливается огромное количество поздравлений. Люди пишут: «Вы светлый, солнышко»; еще что-то… Опять же не обо мне речь, а о том, что Христос, пребывая в нас, этот свет изливает на мир. Добро, которое в нас Христос культивирует, изливается наружу, и людям кажется, что мы – источники света, добра и любви. Они начинают к нам тянуться. Но это не благодаря нам самим, наши заслуги небольшие. Это только те заслуги, что мы принимаем Христа и пытаемся к Нему двигаться. А все остальное в нашем внутреннем человеке (и во внешнем) делает Сам Христос. Представляете, мы Его принимаем при каждом Причастии в себя, Бога принимаем, и Он живет в нас, меняет нас изнутри. Это постепенно происходит.

Я особенно обращаюсь к людям, которые мало причащаются или не причащаются вообще, я взываю с экрана телевизора: не обкрадывайте себя! Это стоит больше, чем есть на земле всего материального: денег, машин, квартир, чего-то еще. Это больше всего этого. Бог – это больше, чем весь мир, чем вся Вселенная. Господь об этом говорит: что человеку от того, если он весь мир себе приобретет, а душе своей повредит? Душа больше всего этого. Наша душа, наш внутренний человек, ожидает единения с Богом и движения к Богу, соединения с Богом, движения в вечность. А мы (получается, по этому же графику) убегаем от Бога к миру и ограничиваем себя: я люблю не мир в себе, а себя в этом мире. Мир в себе полюбить – значит, приблизиться к Богу и через это полюбить мир. А себя в мире – значит, ограничить. Я в этом мире центральная фигура, весь мир для меня. Жена для меня, работа для меня, президент для меня, страна, армия, экономика, дворник для меня. Все вокруг для меня, как для той кошки, которая живет в комнате и думает, что вся Вселенная в этой комнате замыкается, а она там королева. Хозяин приходит, ее кормит, за ней убирает, ее гладит, щекочет, и она думает: я королева, это все для меня, мой человек, мое жилище, моя кормушка, вот и вся моя вселенная, все мне служат. Конечно, если мы возьмем себе такую психологию кошки, то сами ограничим себя в этой малюсенькой комнате и не узнаем огромного, прекрасного мира, который Господь нам приготовил. Конечно, только движение к Богу открывает для нас большие и большие просторы.

Конечно, хотелось бы двигаться. Я двигаюсь, может быть, черепашьими шагами, но я чувствую на каждый миллиметр приближения к Богу то тепло, которое исходит от Него, благодать, исходящую от Него, которая меня наполняет и дает силы что-то делать здесь, в этом мире. Богу-то все возможно. Человеку невозможное Богу возможно, Сам Господь об этом говорит. Нам иногда остается только возжелать этого и сделать шаг навстречу Богу. Он ждет нас, как отец ждал заблудшего сына. Отец увидел его – и бросил все, в своих длинных одеждах побежал к сыну. Казалось бы, это позор. У людей состоятельных или в возрасте специально были длинные одежды, неудобные рукава, чтобы движения были степенными, размеренными, не было суетности... А тут – как можно бежать в длинной одежде? Надо ее задрать, иначе упадешь. Вот я в длинной рясе хожу, это сложно, на лестнице можно оступиться, иногда наступаешь на нее. То есть надо задрать одежду и побежать навстречу своему заблудшему сыну, который вернулся к отцу. Забыть обо всем, упасть ему на грудь, обнять его, дать ему новые сапоги, перстень, одежду, заколоть лучших телят, накрыть стол, пир устроить…

Вот как Господь к нам движется, понимая, что мы грешные люди и движемся к Нему. Один шаг от нас вызывает просто рывок к нам Самого Бога, и Он дает нам все. А мы тут думаем, поститься нам или не поститься в Успенский пост; мол, сложно это, когда вокруг жарят шашлыки, все отдыхают, сидят и пьют вино… Однозначно поститься! И это не для кого-то, а для нас самих. Чем ближе мы к Богу, чем больше Его любим, тем меньше уделяем в себе места этому миру, тем больше получаем от Бога. И сапоги, и перстень, и одежду, и накрытый стол.  

На конгрессе я разговаривал с учеными людьми. Интереснейшие православные люди, столько всего открыли – но не сами, а с Божьей помощью, стараясь, двигаясь, делая какие-то усилия над собой. Удивляешься, какие выдающиеся открытия Господь дал им сделать. Это на благо человечества. Думаю, что общество православных ученых для меня лично – такое откровение; я хочу в нем быть, хочу принести пользу. Думаю, каждый из тех, кто что-то пытается в этом мире изменить или сделать (люди пассионарные, по Гумилеву), наверное, обязан это делать – трудиться над собой, достигать чего-то и давать эти достижения другим людям как некий урок. Или, по крайней мере, как путь к тому, чтобы изменить свою жизнь или мир к лучшему.

Время поста – благодатнейшее время для того, чтобы это движение к Богу начать (а тем, кто не первый год это делает, – продолжать), чтобы совершенствоваться. Чем ближе мы к Богу, тем становимся совершеннее, светлее, чище, тем лучше замечаем в себе огрехи, от которых нужно избавиться. Конечно, пост в первую очередь для нас с вами, чтобы мы задумались о своем внутреннем состоянии, своей душе; чтобы причастились, если не причащаемся.

Я сам из смоленского прихода, долгое время был там прихожанином. Сегодня ходил к Ксении Блаженной в праздник Смоленской иконы Божией Матери. Отец Роман, митрофорный протоиерей, помазывал меня. Я очень люблю этого человека. Он всегда сурово, жестко говорит, но очень добрый. Он говорит: обязательно пять раз в год человек должен причаститься, если он считает себя православным христианином. Четыре поста (Рождественский, Великий, Петров, Успенский) и день ангела. Пять – обязательно. Лучше, конечно, больше. Понятное дело, если бы мы ели пять раз в год, то вряд ли выжили бы. Мы живем, потому что регулярно вкушаем. Так и с Господом нужно как можно чаще входить в единение, чтобы Он нам давал силы, менял нас самих, духовных, внутренних, чтобы давал силы в этом мире творить добро и совершенствоваться. Поэтому обязательно в этот пост надо причаститься, особенно на Успение. Какая благодать – четырнадцать дней попоститься, а там ведь будет и Медовый Спас, и Ореховый, и Яблочный, как в народе они называются.

На самом деле двунадесятый праздник Преображения – великий, удивительный. Господь Себя явил как Бог Своим ученикам в одеждах блистающих. Перед Ним предстали Моисей и Илия, а для ветхозаветных людей это были величайшие пророки. Сам Моисей и Илия, который был взят на небо в колеснице, – они предстоят перед Богом; вернее, перед Христом. Ученики с Ним ходят и думают, Христос  Он или великий пророк. И вот перед Ним встают Моисей и Илия, беседуют с ним и говорят, что Ему предстоит сделать. И из облака, спустившегося на них, слышен голос: Сей есть Сын Мой возлюбленный, Его слушайте. Ведь это же удивительнейший праздник, когда Бог был явлен воочию в силе Своей, в славе и красоте апостолам, самым близким из апостолов. Разве это не удивительно? А это будет как раз в течение Успенского поста. Не мешало бы и в этот день причаститься. Хотя бы в эти дни – двунадесятые Успение и Преображение. Преобразить себя немного и причаститься Святых Христовых Таин я рекомендую всем.

– Абсолютно согласен.

– Это будет точно на пользу.

– Думаю, все наши телезрители сегодня, как и я, увлеченно Вас слушали. Несмотря на то что у меня было огромное количество вопросов, Вы ответили, с вдохновляющими примерами, на большинство из них.

– На самом деле я заметил, что в этой студии происходит какое-то странное дело, время здесь сжимается. И не замечаешь – входишь в студию, начинаешь говорить, и вдруг оказывается, что время закончилось. Я потом пересматриваю эфиры у вас на сайте телеканала «Союз».  Мне очень нравится, что на сайте есть видео, его можно пересмотреть. Но, учитывая, что мы с вами разговариваем, не больно-то веселое дело смотреть на нас с вами 50 минут, мы не прыгаем, не скачем… Все привыкли к клипам, действию, к экшенам, а тут две «говорящие головы», в лучшем случае моргают глазами и улыбаются... Поэтому внизу есть еще и mp3-запись, радиопередача, по сути дела. Значит, нашу беседу можно еще и послушать в наушниках, двигаясь где-то по городу. Это второй формат. И третий – еще распечатка внизу. Не знаю, кто это делает, дай Бог ему здоровья!

– Спасибо тем, кто этим занимается. У нас есть девушки, женщины, которые этим занимаются.

– И все это можно прочитать, перечитать, выбрать на цитаты, куда-то использовать. Это же удивительно, когда ты можешь получить информацию в трех видах – визуально, в аудио, а еще и буквенно. Прочитать, услышать и посмотреть – и все это телеканал «Союз». Так что я рекомендую нашим телезрителям это пересматривать, своим друзьям делать посты или ссылки на конкретные материалы. Я эти материалы обычно вывешиваю на страничке, там еще просмотры есть. Я вижу, что тысячи людей смотрят эту передачу не онлайн, а в интернет-пространстве. Кто-то и слушает, но там нет счетчиков. А кто-то может еще читать, используя эти материалы в научных трудах или беседах; или просто для того, чтобы самому лучше что-то понять. Очень благодарен телеканалу «Союз», потому что мне самому интересно: я потом переслушиваю, пересматриваю и даже перечитываю, нахожу у себя какие-то неточности или удачные моменты из беседы.

Слова Господа меня всегда утешают. Я очень часто, практически ежедневно ими пользуюсь в молитве по соглашению, ведь Господь Сам говорит ученикам: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». О чем бы ни попросили Отца Моего Небесного, все даст им. Ведь это великая благодать, когда мы вдвоем, два православных христианина, помолившись, имеем рядом с собой третьего собеседника – Главного, Который нам может что-то донести, подкорректировать наши мысли и иногда устами собеседника нам что-то сказать, вразумить нас. Бывают иногда такие удивительные вещи, когда не знаешь, что говоришь, иногда удивляешься сам: это я сказал? Не может быть. Наверное, Господь как-то миловал нас и дал возможность что-то узнать таким образом. Так были апостолы научены, так многие святые были научены Духом Святым.

– Истинно так.

– Так что это удивительно: телеканал «Союз» – это чудо XXI века, которое входит в наш дом. Надо его смотреть, пересматривать,  «постить», рассылать, этой проповедью нужно рачительно заниматься. В нашем мире, когда люди живут больше в Интернете, в виртуальном пространстве (по крайней мере, молодежь), надо этим пользоваться.

– Согласен. Я Вас благодарю за добрые слова телеканалу «Союз», низкий поклон всем тем, кто занимается расшифровкой наших бесед, всем нашим коллегам, операторам, звукорежиссерам, ведущим, нашему руководству. И конечно, нашим телезрителям, всем, кто делает это телевидение, кто с нами советуется, от кого поступает запрос, что человек хочет услышать, узнать. Спасибо за вопросы в прямой эфир, в Интернете, за слова благодарности. И конечно, друзья, за вашу материальную поддержку, без которой мы не справимся. Когда вы наше вещание поддерживаете материально, это замечательно. А мы приходим в ваш дом, у нас интересные беседы. Желаем вам всего доброго, поститесь постом приятным.

Ведущий Михаил Проходцев

Записала Маргарита Попова

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В московской студии нашего телеканала на вопросы о Варницкой православной гимназии (Троице-Сергиев Варницкий монастырь, г.Ростов Великий) отвечает ее директор, преподаватель Московской духовной академии священник Димитрий Диденко.

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы