Беседы с батюшкой. Семья: актуальные вопросы

26 июня 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма в честь Всемилостивого Спаса города Москвы протоиерей Александр Ильяшенко.

– Сегодня тема нашей передачи – «Семья: актуальные вопросы». Отец Александр, что такое здоровая семья и, как следствие, что такое здоровое общество?

– Мне кажется, здоровая семья – это счастливая семья, где все друг друга любят, где существует взаимопонимание, взаимоподдержка, где существует здоровая иерархия. Потому что часто у нас иерархию и связанную с ней строгость воспринимают в грубо армейском смысле. Хотя дисциплина как понятие о том, что можно, что нельзя, просто необходима. Возьмите правила дорожного движения. Это же система, приучающая водителей к самодисциплине. И в семье так должно быть, но только это должно быть растворено любовью, конечно. Для того чтобы все были любящие и радостные, жизнь должна быть наполненной.

Конечно, верующими людьми многие проблемы решаются проще, потому что они в Церкви и окружены такими же семьями, с такими же проблемами и интересами. И очень важно искать занятия для детей, которые наполняли бы их жизнь, чтобы их досуг не превращался в праздность, что сейчас очень опасно и губительно для детей: это и телевизоры, и телефоны. Так что очень трудно хранить мирную обстановку в семье: столько соблазнов! В наше время, когда я был молодым, таких соблазнов не было. Нашему поколению было гораздо легче, чем современному. А если семьи радостные, счастливые, если мы здоровые, то и общество здоровое. Потому что общество состоит из семей. Пусть у молодых людей, предположим, еще семьи нет, но пройдет сколько-то времени – и, дай Бог, они создадут ее. Однако очень важно, чтобы эта семья была основана на любви, доверии друг к другу и чтобы все члены семьи были счастливы.

– Каковы современные тенденции развития института семьи? Каковы положительные и отрицательные, здоровые и нездоровые тенденции?

– Говорить о развитии семьи как института, конечно, я не могу, у меня сравнительно небольшой опыт, но я наблюдаю (и не только я) – создать хорошую и здоровую, радостную и счастливую семью сейчас очень трудно именно из-за того, о чем я уже сказал: это тьма соблазнов. Где-то я видел некий материал под заголовком «Чужих мужей не бывает». Простите, это идет глас народа, это не кино, не какая-то передача, а кто-то так назвал свою заметку. Это страшно, когда нет таких понятий, как верность, как чувство долга, когда из нашего лексикона и слово «честь» практически выпало, а тем более такое сочетание, как женская честь.

У меня такое впечатление, что многие современные женщины смотрят сами на себя глазами молодого голодного мужчины, в то время как любая девушка, женщина должна быть неприступной. Вот тогда, если женщины неприступные, в мужчинах проявляются их лучшие мужские качества – например, рыцарское достоинство. Очень легко быть бабником и трудно быть рыцарем. Быть рыцарем иногда бывает довольно опасно. Но зато это благородно. Вот опять: это слово «благородно» тоже ушло из нашей жизни. Мы все демократы. Пожалуйста, очень хорошо. Древние римляне были демократами и прекрасно понимали, что такое благородство. Надо иметь в виду, что христианство возникло пусть в языческом и в чем-то страшном римском мире, но при этом такие понятия, как честь, человеческое достоинство, доблесть, были присущи римскому обществу.

Сейчас вкладываются огромные деньги в воспитание патриотизма. Но просто как-то смешно представить себе, что в Древней Руси великий князь указывает на то, что нужно воспитывать патриотизм. Или в Древнем Риме. Это органически воспринималось. Значит, сейчас идет нечто, что разрушает представление о том, что такое здоровый патриотизм; не шовинизм, не превозношение над кем-то.

Если посмотреть блогосферу, так просто сплошная ругань в отношении других стран, которые, может быть, сейчас находятся в очень тяжелом положении. Так нет, какое-то злорадство, какое-то озлобление, какое-то мнимое превосходство вместо сострадания и сочувствия, желания помочь и так далее. Как много у нас искажений, причем именно на уровне нас, простых жителей; не то что кто-то по телевизору говорит. В том-то и дело, что и по телевизору говорят, но нечто подобное или даже более грубое повторяется на  обыденном уровне. Поэтому очень много страшного негатива изливается на каждого члена общества, и мы должны искать те глубокие традиции, которые сформировали наш поистине великий народ.

– Почему эти традиции теряются? Почему мы их забываем?

– Хорошие вопросы. Я любитель истории, и мне кажется, что недостаточное знание истории – это один из очень и очень серьезных общих современных недостатков. Это касается не только нашего народа, но и европейских стран: такое весьма пренебрежительное отношение к своему прошлому. Вот возьмите средние века. Казалось бы, как много было создано в Средневековье: какие храмы, замки, произведения искусства, какое проявление доблести, мужества… А с легкой руки Вольтера их назвали «темными веками». Мы смотрим на наш Кремль – это же наше русское Средневековье. Это что – темные века? Можно так сказать? Но это уже как зараза, как инфекция внесено в общество и искажает восприятие прошлого (далекого и близкого), своих предков. Поэтому и надо так сегодня вкладывать деньги в воспитание патриотизма. Потому что никто не знает, что это такое.

А в Древнем Риме была такая добродетель, которая культивировалась: это любовь к прошлому, знание своего прошлого, знание своей истории и знание великих людей, которые творили эту великую историю. Это же огромная воспитательная сила примера, у нас она просто сейчас не используется, а тогда сознательно, подчеркнуто изучали и знали своих великих предков.

У нас же попробуй спроси: ну, назовут одно, два, три имени (или фамилии) – и всё. Может, даже они и не великие (или кажется, что они великие), а по-настоящему великих у нас вряд ли назовут. Например, Александр Васильевич Суворов – от него уже осталось только имя. Чем он велик? Ну, ни одного сражения не проиграл. Действительно, так. С солдатами кашу из одного котелка ел. Если знать, что в тогдашний рацион солдат входило то ли 400, то ли 600 граммов мяса, я бы тоже хлебал с удовольствием из такого котелка. Что тут такого особенного? Но вот он в каждом солдате видел личность, каждого солдата воспитывал, сохраняя уважение к его личности. Он требовал от солдат, чтобы каждый из них понимал его маневр (маневр такого человека, как Суворов), – это шутка? Как он должен был их учить и как они учились, как они воспринимали это? И он говорил: «Чудо-богатыри, неприятель от вас дрожит».

Я на исповеди иногда задаю вопрос. Когда приходит человек, что-то его печалит и он не видит способа выбраться из трудной ситуации, я говорю: «Скажи, пожалуйста, зачем православный воин берет в руки оружие и идет на войну?» Как правило, отвечают: «Защищать». Собственно, нас так учат. Ответ правильный, но не полный. Александр Васильевич учил иначе. Его книга называется «Наука побеждать». Если ты не победишь, значит, никого не защитишь. А если войско идет побеждать (не убивать, не умирать, не защищать), лучше с ним не связываться. Правда? Вот все и разбегались перед Александром Васильевичем. Так вот, если ты настроен на победу, если понимаешь свой маневр, если в тебя вложили настоящее знание о том, что от тебя требуется, тогда ты победитель, тогда ты прорвешься, да еще и с Божьей помощью.

Александр Васильевич так и говорил: «Солдаты, Бог нам генерал, Он нас водит». И он сам понимал, что он исполнитель воли Божией; он искал волю Божию. И своим гением, чистотой своей души, глубиной веры он и приобретал это сверхъестественное знание, поэтому ни разу не проиграл. И солдаты были готовы идти за ним и умереть, потому что за такого полководца, конечно, солдаты готовы душу отдать.

– К вопросу о знании истории… Я знаю, что у вас на портале «Правмир» в одной из статей идет речь об интересном исследовании Дмитрия Ивановича Менделеева, которое называется «К познанию России». Вы не могли бы об этом исследовании подробнее рассказать?

– В советское время, к сожалению, это произведение Дмитрия Ивановича Менделеева было доступно только узкому кругу специалистов. Это его последнее произведение. Он его писал, чувствуя приближение своей кончины, писал набело. Не видно, что он его редактировал, но его стиль потрясающий. И, главное, какой масштаб! Колоссальный! Масштаб очень крупного государственного мужа, который видит с высоты птичьего полета. Он все видит, все фиксирует, обо всем говорит, обо всем имеет свое мнение – очень глубокое, верное, неожиданное.

Например, он пишет, что нужно предлагать амбициозные проекты. Для меня это было удивительно. И дальше он развивает свою мысль: «На простые проекты денег не дадут. А вот мы с адмиралом Макаровым проектировали ледокол, чтобы он дошел до Северного полюса». Просто так денег не дали бы. Вот они построили ледокол «Ермак». К сожалению, он оказался недостаточно мощным, но и то с первого раза они предложили этот проект, без промежуточных исследований, – настолько они выдающиеся люди. И вот оказалось, зря прекратили финансирование. Если бы дали сделать более мощный ледокол, мы бы провели Вторую Тихоокеанскую эскадру (которая шла из Кронштадта вокруг Европы, Африки, Индии в Индийский океан, чтобы прорваться во Владивосток) Северным морским путем за одну навигацию. А так при Цусиме потеряли в десять раз больше, чем затратили бы на этот проект. Потрясающе! Не послушали такого гениального государственного человека.

И вот он пишет в книге, что он противник революции, что развитие должно быть эволюционным, что огромная масса проблем, – и он намечает, как их решать. Не переворот какой-то устроить, а как их решать, чтобы государство в целом и народ развивались. И он очень тщательно отслеживает важнейшую проблему (а это комплекс проблем), чтобы население росло стабильно высокими темпами. Он очень подробно исследует этот вопрос и говорит, какие меры нужно принимать, чтобы это развитие происходило. Причем он говорит о том, что в Центральной России (то есть Европейской России) темпы прироста населения самые высокие в империи; мусульманские окраины имели более низкие темпы прироста населения. А сейчас Псковская, Тверская области вымирают; тогда же был самый высокий темп прироста населения. И он рос так быстро, что никакой передел помещичьей земли никаких проблем не решил бы. На год-два оттянул бы проблему, а так каждый год в стране население увеличивалось миллиона на три.

– Это говорит о здоровом развитии страны.

– И вот Столыпин, очевидно, держал руку на пульсе, потому что он понял, что нужно не давать землю от одного к другому в Европейской части, а нужно вывозить земледельцев, крестьян на огромные неосвоенные пространства Сибири, давать им там столько земли, сколько они могут обработать, – и это будет решением проблемы. И за несколько лет столыпинской реформы, которая как бы вытекала из этих исследований Дмитрия Ивановича Менделеева, сельское хозяйство в Сибири развилось настолько, что Сибирь от продажи сливочного масла на экспорт получала золота больше, чем от добычи золота. Вот какие люди были.

– Вопрос телезрителя: «Меня интересует Ваше мнение, как может основная масса населения (по крайней мере, России) знать свою историю, если всякая власть, которая приходила к правлению, пыталась историю переписать под себя: засекретить факты или вообще их уничтожить? Откуда брать источники?»

– Все-таки сейчас публикуют практически всё. Конечно, трудно из этого моря информации вылавливать содержательную, непротиворечивую, правдивую, чтобы создать правдивое представление о тех процессах, которые происходили. Тут, конечно, нужны какие-то априорные интуитивные представления. Потому что один обладает большим кругозором, интеллектом и знаниями, но у него своя концепция; другой пишет – и у него своя концепция, у третьего – третья. И выбрать, какая действительно соответствует тому, что происходило в реальности, совсем не просто. Но если человек любит свой народ, свою Родину и не пытается превозноситься над другими, то, думаю, он найдет ту информацию, которая правдиво опишет тот круг вопросов, который его интересует.

– Давайте вернемся к разговору о здоровом развитии общества во времена Дмитрия Ивановича Менделеева. Почему те самые темпы прироста населения, о которых Вы сказали, сошли на нет?

– Очевидно, из-за войн, которые происходили в начале XX века... Русско-японская война,  абсолютно бессмысленная, ненужная, всколыхнула первую русскую революцию, масштабную, жестокую, которая поставила на грань выживания императорскую Россию, императорский строй. Еле-еле смогли преодолеть это страшное потрясение; потом – Первая мировая война. На мой взгляд, это тоже очень тяжелая ошибка царского правительства. Мы говорим о том, что были очень высокие темпы прироста населения, но при этом были и очень высокие показатели смертности, особенно детской. Тогда, в царское время, детская смертность была такова, что умирал каждый четвертый младенец до года. Это же ужасно: из четырех детей один умирает.

Я посмотрел статистику, в Англии и Германии смертность была ниже, чем в России. За несколько десятилетий она упала в полтора-два раза, а у нас – на несколько процентов. Значит, они вкладывали деньги в народное здравоохранение, а царская Россия нет. Затеяна совершенно ненужная русско-японская война – значит, неправильная политика, раз позволили себя втянуть в такую авантюру. А денег на здравоохранение не хватило. И народ не мог этого не чувствовать. Поэтому он так и всколыхнулся в 1917 году, так как был доведен до крайности вольными и невольными промахами или провокациями, которые происходили по вине или беде правительства, которое стояло у власти.

Но к власти рвались и недобросовестные люди, которые и устроили Февральский переворот. Так что это очень сложный вопрос, и он нас уведет в сторону, но речь идет о том, что на ровном месте ничего не бывает; были очень тяжелые противоречия. Часть из них и Дмитрий Иванович Менделеев вскрывал, были и другие. И нам нужно изучать их для того, чтобы не повторять. И знать, как преодолевать.

– Давайте обратимся к сегодняшнему дню. Такой актуальный вопрос, как увеличение пенсионного возраста: каковы причины этого явления и каковы последствия?

– Могу похвастаться. Писал я одну книгу долго и достаточно давно; вышла она, по-моему, в 2011 году под названием «Большая семья – большие надежды». Там я написал, что демографическая ситуация в стране такова, что через несколько лет правительству придется поднимать пенсионный возраст. Представьте себе: вдруг не станет у нас трудоспособного населения. Кто будет кормить пенсионеров? Ведь не социальные сферы, а реальные люди, которые производят реальные продукты (промышленные, сельскохозяйственные), работают в социальной сфере. Вот они реально содержат тех, кто действительно своим трудом заработал право на пенсию, право на отдых в пенсионном возрасте.

Но если эти люди не хотели рожать детей в свое время, чьи дети должны их содержать? А если никто не хотел иметь детей, значит, людей трудоспособного возраста становится меньше. Сейчас выступил наш премьер-министр и сказал, что 50 лет назад на одного пенсионера приходилось без малого четыре работающих человека, а сейчас – менее двух, в два раза меньше. Значит, на нынешних работающих людей ложится двойная нагрузка, они просто ее не тянут. И тем более тенденция растет, продолжается сокращение численности трудоспособного населения. Наоборот, численность пенсионеров увеличивается.

Оказывается, это наша беда, корни которой заложены несколько десятков лет назад. Предположим, ты выходишь на пенсию в 60 лет, значит, твоим детям должно быть порядка 40 лет. А где они, эти дети? Их нет. И внуков нет. Это страшное, трагическое явление, но объективное. Причем оно обусловлено тем, что наши соотечественники не хотят иметь большие семьи. Большая семья – это как бы нечто ретроградное, нечто необычное, вызывающее, непонятное. И как нечто непонятное, это вызывает некий протест со стороны тех, у кого один-два ребенка.

Как-то моя жена (это было давно, лет двадцать-тридцать назад) шла с нашими ребятишками. Мимо нее прошла некая дама с собачкой и громко, чтобы та слышала, сказала: «Вот наплодили детей, с собаками гулять негде». Нормально?

– Абсурд.

– Это, правда, был единственный случай, обычно предлагали свою помощь. Люди русские – люди добрые, такими и остаются. Благодаря поддержке очень многих людей, даже незнакомых, мы смогли воспитать двенадцать детей. Но речь идет о том, что большая семья не должна быть чем-то необычным. Я провел небольшой расчет. Оказывается, если бы, как и раньше, в каждой семье появлялось бы столько детишек, сколько Господь пошлет, то количество семей, в которых четверо и больше ребятишек, по сравнению с нынешней ситуацией возросло бы в семь раз.

Сейчас легко запомнить: у нас семей, в которых четверо и более детей, только 4%. А если нормальное развитие, то в семье после первого ребенка рождается и второй, и третий... Ясное дело: чем больше детишек, тем таких семей все-таки меньше, потому что бывают и несчастные случаи, и смертельные, и болезни. Так что рожают больше какие-то действительно здоровые семьи, уже какие-то особые у них возможности. Пусть их становится меньше, но все равно в семь раз должно возрасти число многодетных семей. И это означает, что маленькая семья – это просто начальный этап развития семьи.

И каждая семья должна быть большой, это должно быть нормой. Сейчас это не норма, на них смотрят как не пойми на кого. Да ничего особенного, это должно быть нормальным. А попробуй объясни это нашим соотечественникам, особенно соотечественницам. Они хотят работать, хотят карьеру делать. Они хотят летом отдыхать там и там. Действительно, когда много детей в семье, особо не попрыгать (и особенно мамочке). И это объективно. Следовательно, конечно, мамочка должна быть уверена, что когда у нее родится пять-шесть детей, то муженек не найдет какую-нибудь смазливенькую и не бросит ее с этими ребятишками, уйдя на сторону. Значит, все общественное сознание должно радикально измениться.

Нельзя изменять семье. Категорически. Мы возвращаемся к таким нравственным понятиям, как честь, долг, верность. Сейчас это все попрано. Посмотрите на экраны – вам показывают просто все противоположное. Следовательно, какая колоссальная ответственность на тех, кто возглавляет средства массовой информации и разлагает ими наших соотечественников, приводя к тем негативным, но вынужденным реформам, которые сейчас на нас надвигаются!

– Какая связь, оказывается.

–  Так что можно впрямую спросить у тех, кто своими бездумными, безнравственными передачами разлагает наших людей: «Ребята, а вы ведь за это должны ответить, и очень даже строго».

– В противовес этому какие традиции следует возрождать, чтобы появлялись здоровые семьи?

– На некоей конференции у врача-акушерки с огромным стажем (она чуть ли не десять тысяч родов приняла) спросили: «Скажите, вот Вы в разных регионах работали, у разных женщин разных национальностей принимали роды. Где рождаются здоровые дети?» Она улыбнулась и сказала: «В любви». Ответ, конечно, потрясающий. В самую точку. Но для этого мы должны воспитывать всех наших детей в понятиях традиционных и выбирать то лучшее, что было в прошлом.

У нас как-то учат, что прогресс – это то, что нас ждет впереди. Это неправильно. Прогресс – это достигнутые вершины. И только если мы опираемся на них, мы можем не терять уровень, а если мы о них не думаем, то обречены влачиться по земле, плохо решая те задачи, которые наши предки решали блестяще. Так вот, мы должны изо всех сил оглядываться назад и брать из прошлого то лучшее, что можно оттуда взять. И при этом каждый должен прикладывать усилия, потому что учи не учи… В университете очень хорошо учат историю, только многодетных семей оттуда выходит не так много. Это все очень сложно.

И, конечно, здесь роль Церкви огромная. Но заметьте: как только Церковь говорит о том, что нужно иметь много детей, какой вал оскорблений на нее обрушивается! Это агрессия, которая подпитывается средствами массовой информации. Можно сказать: «Дорогие наши соотечественники, а зачем вы это смотрите и слушаете?» Это же зависит от каждого. Привыкли. Теперь в каждой семье телевизор в каждой комнате и на кухне. И на работе.  Везде телевизор.

– У Вас нет телевизора?

– У меня с 1980 года нет телевизора в семье. Появились компьютеры – компьютер есть. Это тоже бич, но он, по крайней мере, не ограничивает твою свободу. Не хочу смотреть – не смотрю; или дрянь какая-нибудь – могу прокрутить. А по телевизору не прокрутишь, ты как бы становишься заложником той передачи или тех людей, которые крутят такую передачу. А я этого не хочу. И всем советую. Мои дети, которые выросли без телевизора, даже мне благодарны. Сейчас они могут смотреть все, что хотят, но некий вкус у них есть. И всякую дрянь они избегают смотреть.

– Каковы должны быть здоровые отношения между отцами и детьми? То есть как здраво урегулировать проблему отцов и детей и какие должны быть эти отношения?

– Очень важно правильные отношения закладывать с самого младенчества. Ребеночек еще не умеет говорить, а уже должен знать слово «нельзя». Оно должно быть таким же равноправным словом семейного лексикона, как, например, слово «можно». Ведь вы же не скажете своему ребенку: «Да можно, можно! Сколько раз тебе повторять – можно!» А вот «нельзя» так почему-то говорится. Оно должно быть таким же: «Нет, мой хороший, нельзя. Ну вот нельзя, мой хороший; нельзя – и все». Мягко и с любовью. И все спокойны, и ребеночек тоже. Он махонький, но он прекрасно понимает; детки необыкновенно смышленые.

И он начинает прекрасно понимать, что есть слово «нельзя». Что когда ему говорят «нельзя», его точно так же любят, как тогда, когда говорят «можно». Ну, просто он просит чего-то того, чего действительно нельзя. Он еще маленький, не понимает, но раз к нему относятся с любовью, значит, он своим родителям доверяет. Он понимает: несколько раз сказал – и все хорошо. Если это закладывается с самых ранних месяцев его жизни, когда он еще ходить не умеет, а тем более даже говорить не умеет, если он это понимает (он же растет, это эволюционное развитие), то в нем закладывается очень здравая система ограничений; он понимает, что есть вещи, которые делать нельзя. Подрастет – поймет, а пока он с доверием к родителям воспринимает: это нельзя. Не нужно на ребенка сердиться, голос на него повышать. Писание говорит: «Гневайтесь и не согрешайте». «Гневайтесь» – это предписание. А наш великий педагог Макаренко эту мысль выразил замечательно: «Воспитатель должен уметь изображать гнев».

– Изображать?

– Да. А я эту мысль для себя сформулировал так: надо «рассердиться» за полминуты до того, как ты рассердился. Пока ты себя контролируешь, можешь говорить все, что хочешь. На тебя не обидятся. Вот когда говоришь с раздражением, тогда это очень обидно.

– Если ребенок все-таки не реагирует на слово «нельзя», не слушается, упорствует?

– Это значит, что родителей надо в угол поставить: они что-то пропустили. Это значит, что бедные родители воспитывали своих детишек исходя из некоторых представлений, но они не реалистические, а идеалистические. Реализм – это не то, что можно попробовать, а то, что соответствует правде жизни. Значит, надо всем перестраиваться, и родителям в первую очередь. Действительно, ребенок должен понимать, что есть вещи, которые делать нельзя. Но родителям надо больше прикладывать усилий, чтобы объяснить, почему это нельзя. Всегда надо мотивировать: не потому, что у меня плохое настроение, а потому, что это действительно нельзя. Или: «Пап, купи чего-нибудь». – «Ну, денег нет, не могу я купить». – «А вот я хочу». – «Ну что ж, хотеть не запретишь, что я могу поделать?» Если вот как-то по-хорошему, не теряя чувства юмора, то и вопросы будут разрешаться.

– Каковы основные препятствия к созданию здоровой, крепкой, большой семьи? Какие есть внутренние препятствия и какие внешние?

– Думаю, что прежде всего все препятствия внутренние, потому что если люди сознают ту ответственность, которую  берут на себя, те трудности, которые придется преодолевать, если они относятся друг к другу искренне и с теплом своей души, тогда все будет хорошо и никакие внешние препятствия не помешают. А если есть какая-то слабина, какая-то трещина, какие-то нравственные искажения (не дай Бог, они проявятся), тогда оказывается, что люди друг другу не доверяют. И семьи распадаются. И страдают и дети, и жены. Есть такая закономерность: грешат сильные, а страдают слабые. Грешат мужчины – страдают женщины. Грешат женщины – страдают дети. Ну и мужчины, конечно, тоже заставляют детей страдать.

Я был на одной конференции, там выступал профессор, психиатр и одновременно священник. И вот он сказал: «Если ко мне приходит девушка как к психиатру, первый вопрос, который я ей задаю: какие отношения у тебя с отцом?» Это очень глубоко. Значит, если бедная молодая девушка сталкивается с какими-то нравственными внутренними трудностями, скорее всего у нее в детстве не было полноценного контакта с отцом. Очень важно правильное отцовское отношение к дочери.

У О’Генри даже есть рассказ (к сожалению, забыл его название), который начинается с того, что девочка просит папу поиграть, а папа читает газету, ему не до дочки. И потом она вырастает, сбивается с пути; какой-то несчастный любовный треугольник – и она прыгает с моста в реку. И вот рассказчик оказывается на том свете, и там этого папашу строго-престрого судят. Автор подчеркивает важность того, чтобы родители, и отцы в особенности, уделяли внимание детям. Матери должны это делать, никуда не денешься, а вот папы могут отлынивать. Так вот – чтобы не отлынивали.

– То есть главное – это отцовское внимание?

– Родительское. Но отцовское просто как бы уходит у нас на задний план. Мамочке не надо доказывать, что она должна ребенку уделять внимание, а папочке надо – мы немножко разные. Чем больше внимания папа уделяет своим детям, тем лучше. От него очень многое зависит.

– И, наверное, разное внимание должно быть к дочерям и сыновьям?

– Конечно, оно должно быть разным, потому что все-таки мы очень и очень разные. Например, можно сказать, что девочку бить нельзя (ни шлепать, ни подзатыльники давать). Это и не нужно, если с самого раннего детства воспитываешь у человека понятия о должном и недолжном. Дети это очень хорошо воспринимают. И действительно, не надо сердиться. Наоборот, сказать: «Ты у меня такая умная, а такую глупость несешь».

– Что главное для создания здоровой, полноценной большой семьи?

– Всего не перечислишь, конечно. Тут можно ставить разные критерии, но одним из очень важных критериев, помимо теплого чувства, которое испытывают молодые люди (ясное дело, они молодые, темпераментные, эмоциональные, переживают такое горение; конечно, это необходимо, чтобы люди были друг другу глубоко симпатичны), является родительское согласие. Оно очень важно и, конечно, необходимо. И в чине венчания звучат такие слова: «Помолимся и о воспитавших их родителях, потому что молитвы родителей укрепляют основание домов». Хотите, чтобы фундамент вашего семейного счастья был прочным? Добейтесь, проявите свою любовь так, чтобы родители согласились на ваш брак и благословили его.

Ведущий Денис Береснев

Записала Елена Кузоро

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает протоиерей Игорь Петров, клирик Вознесенско-Георгиевского прихода города Рыбинска. Тема беседы: «Внутренняя жизнь человека (по трудам митрополита Антония Сурожского)».

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы