Архипастырь. Православие в Сирии

12 октября 2017 г.

Аудио
Скачать .mp3
В петербургской студии нашего телеканала на вопросы отвечает гость из Сирии - епископ Сафитский Димитрий, викарий Аккарской епархии (Антиохийская Православная Церковь).

– В начале передачи я хотел бы поблагодарить телеканал «Союз» за это интервью. Также хочу поблагодарить, что вы выбрали этот красивейший монастырь в Сирии – монастырь святой Феклы – быть фоном для нашей сегодняшней передачи о ситуации и о христианах в Сирии.

– Тема нашей беседы – «Православие на Сирийской земле». Очень важная тема, которая интересует всех наших телезрителей в России, поскольку мы ежедневно молимся о том, чтобы на Сирийской земле воцарился мир и на православных христиан прекратились гонения.

– Нам очень нужны ваши молитвы, потому что мы находимся в сложной ситуации. Мы также молимся о мире, а мир – это очень дорогая для нас ценность. Не только для Сирии, но и для всего мира, особенно для христиан мира. Поэтому мы благодарны вам за ваши молитвы. Многие христиане продолжают молиться за Сирию и за христианское население Сирии. Мы благодарим всех за поддержку и за их добрые дела.

– Дорогие друзья, также я представлю вам еще одного нашего гостя – это аспирант Санкт-Петербургской духовной академии Александр Андреев, который сегодня любезно согласился прийти к нам в студию вместе с владыкой Димитрием и перевести нашу беседу.

Владыка, пожалуйста, расскажите нам немного о себе, чтобы наши телезрители узнали Вас поближе.

– Есть единственная митрополия Антиохийской Церкви, которая имеет две части (в двух странах) – часть в Сирии, часть в Ливане. Я являюсь викарным архиереем этой митрополии, как раз для той части, которая находится в Сирии, в небольшом городе Сафита. Там у нас два города и где-то 22 деревни. Я также профессор исследований экуменического движения и межхристианских отношений в Баламандском университете, на богословском факультете. Один из двух представителей Антиохийского Патриархата в официальном диалоге между Православной Церковью и Римско-Католической. У нас два представителя – я и митрополит Василий. Мы представляем Антиохийский Патриархат в официальном богословском диалоге с Римско-Католической Церковью.

– Вы впервые в России?

– Нет, это второй визит в Россию.

– Может быть, Вы поделитесь впечатлениями о том, как Вы себя здесь ощущаете? Мы с Вами встречались в Санкт-Петербургской духовной академии на богослужениях, потом Вы имели возможность пообщаться со студентами, рассказать о ситуации в Сирии. У Вас наверняка будет возможность познакомиться с Петербургом, со святынями, с этим городом. Каковы Ваши ощущения?

– Много незабываемых ощущений здесь, в России, особенно в Санкт-Петербурге. Это мое второе посещение Петербурга. Когда я получил приглашение, решил, что должен приехать – как паломник посетить Россию, посетить Церковь Русскую, ее монастыри и, конечно же, духовную академию, чтобы отметить престольный праздник святого апостола Иоанна Богослова вместе со студентами и ректором духовой академии. С ним я познакомился несколько лет тому назад, и с тех пор у нас сложились очень хорошие отношения. Мы почувствовали наше единство, потому что Церковь нас объединяет, и это великолепное чувство, что Церковь – именно то, что мы имеем общего.

Когда я вернулся в Сирию после первой своей поездки, рассказал о русских людях и их благочестии, о том, как они приходят в храмы, как красиво одеваются на богослужения; о том, что в храме во время богослужения царит абсолютная тишина, что нет шума, движения, люди стоят часами и молятся. К сожалению, у нас нет такой богослужебной культуры, поэтому нам есть чему поучиться от древних традиций Русской Церкви.

– Радостно слышать. Спасибо, владыка, за этот отзыв о Русской Церкви. В свою очередь, в России у русских людей, в особенности у наших студентов академии, большой интерес к жизни других Поместных Церквей, в частности к Антиохийскому Патриархату, потому что в академии мы имеем возможность слышать песнопения на арабском языке, Вы читали Евангелие на арабском языке. Это удивительный духовный опыт – услышать слово Божие так, как не привык к этому, вслушиваться в слова знакомого Евангелия на языке, которого не знаешь. Понимаешь, что православие и Православная Церковь – это Вселенская Церковь.

– Я согласен с Вами, что это очень важно. Все христиане должны знать о других христианах, в особенности студенты духовной академии. Они должны знать о других традициях, о других Церквах, их песнопениях, о византийском пении, других богослужебных традициях. Но что еще более важно, это язык любви. Вот что самое важное для всех православных христиан всего мира. Этот язык любви не требует перевода. Его можно понять сразу же, без перевода. Я несколько раз замечал: даже если мы не говорим на одном языке с кем-то, мы можем служить вместе, петь вместе, и люди с удовольствием слушают Евангелие или песнопения на арабском и другом языке. В этом сокровище православия, что даже если мы имеем некоторые различия в богослужебной практике или в языках, всегда язык любви нас объединяет, особенно когда мы отмечаем, как сегодня, праздник апостола любви евангелиста Иоанна Богослова, который является духовным покровителем духовной академии.

– Абсолютно с Вами согласен.

На этом снимке мы видим красивый храм, красивый монастырь, но, к сожалению, известно, что многие храмы в Сирии разрушены, стерты с лица земли войной. Расскажите, пожалуйста, о том, что сейчас происходит в Сирии и в каком положении находятся православные христиане.

– В Сирии много групп христиан. Если мы будем говорить о всех церквях, которые были разрушены во время войны, это где-то 45 церквей. Но если посмотрим на Православную Церковь во время войны, она потеряла где-то 15 церквей, они полностью стерты с лица земли. И еще много церквей, которые были повреждены; но там еще могут совершаться богослужения, литургии. Сейчас ситуация в Сирии, слава Богу, улучшается. Мы должны сказать, что благодаря помощи России ситуация улучшается, и мы благодарим Бога, что многие христиане перестали покидать страну. У нас христиане выезжали из городов, некоторые выезжали из Сирии, а другие становились беженцами и искали прибежища где-то внутри Сирии. Могу сказать из личного опыта. Мой город безопасный, и много христиан остается в городе, и нехристиан тоже, беженцев, которые приезжают к нам из других районов Сирии, из тех зон, где продолжается война. И мы должны предоставить им все, что  им требуется для их нужд. Надеемся, что в ближайшее время война все-таки прекратится и мир воцарится в Сирии.

Что касается монастыря, к сожалению, он очень сильно пострадал. Вы слышали, что монахини монастыря святой Феклы были взяты в плен, где-то в течение трех месяцев они были в плену. Но, слава Богу, все они остались живы. К сожалению, они не могут вернуться в свой монастырь, потому что он был истреблен, а территория вокруг монастыря до сих пор небезопасна. Поэтому они сейчас остаются в монастыре святого Георгия, который находится в христианской долине, это где-то полчаса от Сафиты. Это безопасное место. Они там живут в надежде, что когда-то смогут вернуться в монастырь и восстановить его. Что же касается двух епископов из города Алеппо, которые были взяты в плен, мы ничего о них не знаем, нет никаких новостей.

– Да, эта новость про сирийских епископов, которых взяли в плен, появилась несколько лет назад. В России верующие люди очень переживали по этому поводу, потому что сейчас у нас очень сложно представить, хотя мы тоже имели долгие годы гонений, чтобы так был схвачен священник или епископ и бесследно исчез на несколько лет, чтобы судьба его была неизвестна.

– Это для нас тоже очень сложно, ведь это случилось в начале войны. Многие христиане думали, что это сигнал, который дается христианам Сирии с требованием выехать и покинуть Сирию, потому что раз террористы не уважают епископов, они не будут уважать вообще никого из христиан. После этого многие христиане просто начали эмигрировать из Сирии. Сейчас, слава Богу, миграция сократилась, люди остаются.

– Радостно слышать, что есть места, безопасные для людей. Мы видим кадры по телевидению, видим пустыню и стрельбу, и со стороны, конечно, трудно понять и представить, что есть места безопасные. Слава Богу, что они есть. Конечно, мы надеемся и молимся, чтобы люди смогли вернуться в те места, где они привыкли жить и где молились Христу, любили свой храм, созидали его все вместе. Дай Бог, чтобы это восстановление продолжилось в будущем.

– Спасибо. И мы тоже надеемся на это, надеемся, что это будет скоро, потому что очень сложно людям, когда они вынуждены покинуть свои дома, церкви, свои епархии и жить беженцами. Мы благодарим Бога, что во многие места люди смогли вернуться. Они начали возвращаться домой, даже если дом пострадал во время войны, они вернулись и начали восстанавливать свои дома. Мы тоже хотим, чтобы люди начали возвращаться в те места, где они жили, где работали, потихоньку восстанавливать страну.

– Говоря о ситуации в Сирии, мы употребляем термин «гонения». Насколько он справедлив, действительно ли это направленные гонения на христиан? Как православные христиане в Сирии понимают свое положение? Принимают ли они это как гонение, как некий подвиг, испытание, как в христианском сознании отражается то, что сейчас происходит?

– До 2011 года у нас не было никаких гонений или даже притеснений христиан и вообще христианских Церквей. Я могу сказать, что мы жили в большой свободе. У нас был полный круг богослужений, все необходимые молитвы, мы никогда не боялись, что кто-то будет нас гнать или притеснять, у нас не было никаких проблем. Но после 2011 года ситуация начала меняться, и очень стремительно, потому что фанатичные мусульмане приехали в Сирию и начали войну с целью установить исламское государство. Они также хотели установить шариатский закон в этом государстве. А христиане не могут принять шариатский закон, потому что при шариатском законе они либо должны принять ислам, либо покинуть страну. Многие христиане, перед тем как эти фанатичные мусульмане прибыли, заранее покинули свои дома, бросили работу, уехали туда, где безопасно. Поэтому очень быстро появилось много беженцев без вещей, без способа существования, они просто убежали от радикальных группировок.

В каждом городе, каждой деревне, которую контролируют радикальные мусульмане, они начинают истреблять церкви, снимают кресты, находящиеся на куполах храмов, и даже кресты на кладбищах. Они не хотят видеть крест нигде, а вместо креста поднимают флаг так называемого «Исламского государства» на куполах всех церквей. То есть они хотели, видимо, их обратить в мечети. Такая ситуация в тех местах, где радикальные группировки контролируют территорию.

– Были ли такие случаи, когда люди не хотели покидать места, где они жили, не хотели оставлять храм или не могли это сделать по причине слабости здоровья, может быть, и оставались в том месте? Что с ними происходило? Могли ли они как-то сопротивляться, обороняться, или же их выгоняли, убивали, они принимали мученическую кончину?

– Можно рассказать разные истории. В деревне, где находится монастырь Божией Матери Сайданая (это очень известный монастырь, о нем знает весь мир), христиане решили, что будут обороняться, защищать свою деревню. Эта деревня тоже называется Сайданая. Они решили защищать деревню своими силами, купили оружие, все, что им было необходимо, и остались там. Слава Богу, они смогли остаться в своей деревне. Но в других деревнях события развивались по другому сценарию. В одной деревне рядом с Сайданаей, Маалуле, где находится монастырь святой Феклы, христиане не смогли себя защищать, потому что приехало очень много радикалов, очень большая группировка, и они были вынуждены просто бежать. Небольшая группа молодежи решила остаться до самого конца, и когда исламисты их поймали, то просто убили, отрезали им головы. Мы думаем, будут люди, которых канонизируют как мучеников, потому что исламисты требовали, чтобы они перешли в ислам, но эти молодые люди отказались принять ислам, остались верны своей вере. Тогда их убили – восемнадцать человек.

– Упокой, Господи, их души. Я хотел как раз спросить, есть ли кто-то, кто впоследствии будет канонизирован за то, что был стоек в вере и принял смерть за Христа. Вы рассказали об этом.

– Наш Священный Синод, который недавно, два дня тому назад, заседал, организовал комиссию для исследования жизни этих людей. И других людей, которые пострадали, которые, несмотря на все, сохранили верность Христу, христианству. Например, у нас два священника были убиты. Они просто помогали людям переехать в другое место, бежать, и их застрелили снайперы с расстояния. Мы тоже исследуем их жизнь и готовим материалы. Может быть, они тоже будут канонизированы. Один игумен с Горы Афон в Греции сказал мне, что Сирийская земля две тысячи лет после Христа. Может быть, это требует новых святых, которых бы тут канонизировали, на Сирийской земле. Так сказать, Сирийская земля жаждет святой крови мучеников, поэтому Бог допускает такие гонения на нашей земле, ведь это то место, откуда свет христианства распространяется на весь мир.

– Помоги Господи людям, которые стоят в вере, быть стойкими до конца! Что касается православного сообщества Антиохийской Церкви в Сирии, растет ли оно? Или, наоборот, из-за гонений и нападений радикальных исламистов уменьшается?

– Должен сказать, что, к сожалению, количество христиан не только в Сирии, но и везде на Ближнем Востоке сейчас сокращается. Многие предпочитают уехать. Многие семьи говорят, что уезжают ради детей, чтобы их дети могли иметь безопасное детство и хорошее будущее. Потому что в нашем регионе постоянно происходят какие-то нестроения, войны, весь регион Ближнего Востока опасен. Каждые 50 или 100 лет происходят большие войны, потрясения, поэтому многие люди думают, что лучше уехать, искать будущего в другом месте на земле. Но в то же время есть христиане, которые ни за что не хотят уехать. Даже если ситуация станет очень плохой, они хотят остаться и готовы даже умереть в Сирии. Поэтому можно сказать, что это зависит от ситуации и от человека, нет одного решения для всех. Многие, даже несмотря на все трудности, решают остаться и продолжать жить христианами в этой стране.

– Когда в России были развернуты гонения на Церковь, даже несмотря на страх быть убитыми, отправиться в тюрьму на очень долгие годы, были такие люди, которые принимали священный сан, становились священниками, прекрасно понимая, что с ними может произойти. Прекрасно понимая, что они будут людьми нищими, потому что духовенство было совсем не в почете, было преследуемо. Что касается Сирии, Антиохийского Патриархата, православных в Сирии, тех, кто сегодня идет в священники, есть ли молодые, которые, несмотря на все трудности, гонения, принимают решение стать священниками?

– Да, у нас есть молодые люди, которые становятся священниками. Я бы не сказал, что их очень много, но, слава Богу, есть такие люди. У нас богословский институт в Ливане, где-то 70 студентов там обучаются и готовятся стать священнослужителями. Слава Богу, у нас есть священники. Но большая проблема заключается в том, что во время войны многие молодые люди, после того как они оканчивают университет, покидают Сирию, потому что в Сирии очень сложно найти работу; из-за войны безработица. Поэтому они предпочитают уехать из Сирии, и тогда мы их теряем. Это очень трагичная для нас ситуация.

Что же касается столетия начала гонений на Русскую Церковь, которое мы вспоминаем в этом году, надо сказать, что перед тем как началась война, гонения, мы слышали о том, что происходило в России, о гонениях на Русскую Церковь в советское время, о гонениях на Сербскую Церковь в недавнее время, но это нами не воспринималось как-то лично. Мы просто слышали об этом, но не совсем вникали. А теперь мы проходим через ту же волну гонений и уже лучше понимаем, что такое гонения, те сложные обстоятельства, в которых христиане находились всегда во время гонений в ХХ веке. Мы понимаем, насколько может быть сложно и какой подвиг для человека остаться верным своей вере. Вспоминаем также апостолов, святых всех веков, которые сохранили свою православную веру и смогли передать ее нам. А теперь наша обязанность – сохранить нашу веру и передать ее будущим поколениям.

– Как живет православный священник в Сирии, в условиях войны и безработицы? Может быть, человеку помогают содержанием, поскольку он не может работать и совершает богослужения?

– Обычно все священнослужители имеют только церковное послушание. Они обычно не имеют гражданской работы. Но в недавнее время в некоторых епархиях начали рукополагать людей, которые уже имели какое-то образование, работу, чтобы у них был стабильный заработок и они могли жить с этого заработка. Но в обычной ситуации священник получает жалованье от пожертвований своих прихожан. У нас нет заработной платы, которую платит государство, каких-то внешних источников финансирования. Только пожертвования, которые люди дают в Церковь.

– Что касается пожеланий для наших телезрителей, я благодарю Вас за ответы, владыка. Я хотел бы Вас попросить адресовать несколько реплик нашим телезрителям. Что бы Вы хотели сказать верующим, которые сегодня живут в относительном мире и спокойствии? Поскольку мы видим, что в глобальном мире все очень зыбко: там, где сегодня мир, завтра может начаться война.

– Я бы хотел сказать: будь то война или мир, мы должны оставаться верными Церкви. Мы должны сохранять нашу веру. Это для нас самое главное, самое главное для нашего спасения. Без нашей веры мы не можем попасть в рай. Как сказал апостол Павел, мы не ищем земного отечества, потому что наш дом находится на небесах. Когда начинаются гонения, мы, может быть, быстрее достигнем небес. Но все равно, быстрее или медленнее, наш путь на небеса продолжается, самое главное – чтобы мы сохраняли нашу веру. Оставаясь с Церковью, мы спасаемся. Это самое главное для христианина. Это большой дар, который Христос даровал нам, – дар того, что даже во время внешней войны мы все равно чувствуем мир внутри нас, потому что имеем Христа. Многие люди живут в мире, в мирных условиях, в странах, которые никогда не знали войны, но внутри себя они не ощущают мира, внутри продолжается война. А мы молимся Царю мира, Который может нам преподать мир внутренний, духовный; он намного важнее внешнего мира, который мы имеем.

– Что бы Вы хотели сказать тем людям, которые сегодня недовольны Церковью? Таких людей много, они считают, что то или это не так, выражают свое мнение в Интернете – и не только. Некоторые священники так себя ведут в своих церковных проповедях и смущают таким образом народ Божий. Это очень важный момент – момент единства.

– Я бы сказал, что это от лукавого. Эти люди просто разрешают лукавому прийти внутрь их и внушать им неправильные идеи о Церкви. Лукавый использует их таким образом, чтобы попытаться разрушить Церковь. Мы имели в прошлом и сейчас имеем тоже некоторых таких людей, которые выступают с критикой, но многие такие люди поменяли свою точку зрения и вернулись в Церковь, когда начались гонения, после того как началась война. Им никто не смог дать то, что им было нужно, только Церковь могла предоставить им необходимое. Даже если они выступали против Церкви или с критикой священнослужителей, потом имели очень хорошее впечатление о Церкви во время войны, их взгляд на Церковь изменился, они вернулись в Церковь. Теперь они исповедуют свою веру, покаялись в своих ошибках. Это может послужить хорошим примером для всех нас. Мы должны выступать с критикой не Церкви и священнослужителей, а самих себя. Потому что Церковь не состоит только из священников и епископов – она состоит из всех нас. Когда мы все собираемся вместе, мы объединяемся, тогда мы лучше можем работать вместе. Если мы видим какие-то проблемы в церковной жизни, какие-то погрешности, это потому, что нарушаем заповеди и выходим из Церкви. Это вина тех людей, которые вышли из Церкви.

– Что касается регионов мира, где исторически сложилось так, что христианство и ислам сосуществовали мирно, таких регионов много. Такие регионы есть в том числе и в России, это большие республики, где люди, исповедующие ислам, и православные христиане мирно сосуществуют на протяжении многих столетий. Когда мы видим то, что сейчас в Сирии, эту войну, у людей в сознании происходит переворот, они начинают думать, что невозможно мирно сосуществовать в ХХI веке христианству и исламу. Но еще совсем недавно в Сирии мы наблюдали, что проблем с этим не было. Что можно сказать по этому поводу нашим телезрителям, чтобы они не смущались и, может быть, поняли, что ислам сам по себе не может быть таким, каким он выглядит в радикальной среде, которая пришла сейчас на Ближний Восток? Что религии могут мирно соседствовать друг с другом и не вызывать страшных кровопролитных конфликтов…

– У нас всегда были хорошие отношения с нашими мусульманскими соседями, веками. Вполне нормально в Сирии и в других странах Ближнего Востока, чтобы в одной местности жили и мусульмане, и христиане. И они жили  мирно, сосуществовали, работали,  вместе учились в школах, университетах. Это вполне нормальный образ жизни. Но как я сказал в начале нашей передачи, ситуация изменилась после 2011 года, когда фанатичные группировки извне прибыли в нашу страну. Они начали пытаться развязать этот конфликт. Они попытались внушить некоторым мусульманам, что те должны установить «Исламское государство», должны заставить всех принять шариатский закон. Даже многие нормальные, обычные мусульмане покинули Сирию или регионы, подконтрольные фанатичным группировкам. В моей епархии было много беженцев мусульман, приехавших из этих регионов страны, и мы тоже предоставляли им то, что было необходимо. Мы никогда не дискриминируем никого, поэтому для нас это вполне нормально и естественно.

– Как все мы, верующие люди, зрители телеканала «Союз», можем помочь Православной Церкви в Сирии, Антиохийскому Патриархату – может быть, молитвенно? Я знаю, есть опыт приходов, которые собирают деньги и отправляют чаши, церковные облачения и так далее. Может быть, Вы можете конкретно подсказать и найдутся люди, которые смогут как-то действенно помочь по своему неравнодушию?

– Самое главное сейчас – это, конечно, молитва о нас, чтобы Господь сохранил всех жителей Сирии, в особенности христиан, чтобы Он вдохновил их остаться в своей стране. В особенности Русская Церковь и государственная власть здесь, в России, посылают очень часто разные посылки, помощь сирийскому народу. Как мне помнится, десять самолетов из России прибыли в Сирию с продовольствием, лекарствами, одеждой, гуманитарной помощью для народа Сирии. Мы, конечно же, благодарны России за эту помощь и за то, что Россия делает, ее власть, ее Церковь и народ.

– Благодарю Вас, владыка, за возможность этой беседы, за наш с Вами разговор, который, безусловно, будет очень интересным, полезным и важным для наших телезрителей, потому что это свидетельство живой христианской жизни, жизни в вере. Вы рассказали сегодня о примерах праведности даже до смерти. Очень важно свидетельствовать о таких вещах в XXI веке, среди молодых людей и среди всех верующих людей, даже в мире тех, кто не исповедует себя верующим, но может прислушаться к нашим словам, посмотрев нашу передачу. Спасибо Вам огромное.

– Спасибо Вам еще раз за приглашение, за то, что предоставили мне возможность обратиться к русскому народу по всему миру.

Ведущий Михаил Проходцев

Записала Маргарита Попова

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы